Е. П. Блаватская. История удивительной жизни [litres]

Блаватская никогда открыто не заявляла о том, что посещала тибетский закрытый город Лхаса. С момента короткой остановки там аббата Гука в 1847 г. и вплоть до 1904 г., когда в Тибет вторглась британская армия, нет никаких сведений о том, что там побывал кто-то из европейцев. Первой оказалась французская исследовательница Александра Дэвид-Нил, которой во время своей пятой поездки в Тибет (1923–24 гг.) удалось сделать невозможное – проникнуть в закрытый город. Однако, по словам сестры Е. П. Блаватской, Веры, «совершенно очевидно, что Елена бывала в Лхасе, столице Тибета, и его главном религиозном центре Шигадзе… и в горах Каракорум в Куньлуни. Она неоднократно подтверждала это своими красочными, живыми рассказами»[258].

Представляется маловероятным, что Блаватская, прожив в Тибете почти три года, не удосужилась посетить Лхасу, великую Мекку буддистского мира. Учителя могли легко провести её туда, переодетую паломником, а её азиатские черты лица не вызвали бы ни у кого подозрений. Однако, рассказав об этом позже, она бы поставила своих хранителей в неловкое положение. В те дни Панчен-лама и Далай-лама никак не могли договориться о степени изолированности Тибета от всего остального мира. Это подтверждает и исследователь Свен Гедин: хотя Панчен-лама оказал ему тёплый приём, ему так и не позволили посетить Лхасу и увидеть Далай-ламу[259].

Даже если Е. П. Блаватская являлась первым человеком с Запада со времён Гука, побывавшим в Лхасе, это отнюдь не умаляет поразительного достижения госпожи Дэвид-Нил. Литературное приложение лондонской газеты «Таймс» опубликовало восторженный отзыв о её книге «Моё путешествие в Лхасу», назвав её «одним из самых эпичных путешествий нашего времени».

В своём дневнике Дэвид-Нил упоминает переписку с подругой из Великобритании, Элизабет Морган: «Однажды, отвечая на моё письмо, Элизабет проронила пару слов о теософии и женщине по фамилии Блаватская». Это, добавляет она, открыло «новый этап моей жизни»[260]. В другом источнике утверждается, что с этого момента Александра начала посещать лекции по восточным религиям, «особенно лекции Парижского теософского общества, посвящённые буддизму», и загорелась идеей исследовать Восток[261].