Новый мир. Книга 2: Разлом. Часть первая

— Простодушному человеку может показаться, что в Содружестве возродилась довоенное демократическое гуляйполе, где правят бал журналисты и общественные активисты, — пристально посмотрев мне в глаза, медленно произнес Роберт. — Я надеюсь, ты не настолько простодушен. Потому что лекарство от этого простодушия бывает очень болезненным.

При слове «лекарство» перед моими глазами вдруг пронесся целый ряд картинок: удары ног и дубинок в темной камере для допросов аэропорта Сент-Этьен; безразличные глаза врачей за защитными масками в карантинном центре Мельбурна; давящие на голову стены «зубрильной ямы» в интернате и обманчивое добродушие в глазах профессора Петье; черно-белые конвертопланы, с грохотом несущиеся по небу в сторону столбов дыма; обжигающий лед в глазах генерала Чхона.

— Роберт, это звучит, как угроза, — крепче сжав чашку, усмехнулся я.

— Это звучит как предостережение, каковым это и является, — не ослабляя напора своего взгляда, ответил мне Роберт, больше не улыбаясь. — Если ты будешь вести себя как идиот, Димитрис, я буду бессилен тебе помочь, как бы я не уважал твоего отца.

Не выдержав взгляд Ленца, ставший в этот момент совсем другим, я опустил глаза.

— Мне не нравится твое предложение, — проговорил я недовольно.

— Ты сделаешь то, что я тебе сказал, Димитрис, — с неожиданной твердостью изрек Роберт, сделав последний глоток своего кофе. — На этот раз я не даю тебе совет.

Мне оставалось лишь сжать чашку с чаем еще крепче, чтобы не выдать дрожь в пальцах. Казалось, прошла целая вечность, на протяжении которой я не смотрел в глаза полковника, прежде чем напряженная тишина наконец прервалась.

Ленц поднялся со своего места и ласково потрепал меня по плечу, так же дружелюбно, как вчера, когда он поздравлял меня с победой на олимпийских соревнованиях. Подняв на него взгляд, я с удивлением заметил, что наваждение развеялось, невидимые шипы исчезли, и Роберт вновь был таким же мягким и терпеливым, каким я привык его видеть все эти годы.

— Я не сказал, что согласен, — пробубнил я угрюмо.

— Трех недель будет достаточно, — проигнорировав мои слова, уточнил Роберт, к которому вернулась его обычная улыбчивость. — Вернешься в середине августа, как раз перед началом учебного года. К тому времени все уляжется, и журналисты о тебе забудут. Тебе ведь вчера вручили сертификат на поездку в Палм-Сити, на этот замечательный антарктический курорт? На двоих, верно? Вот и чудесно. Бери с собой Джен и отправляйся в вояж. Хороший отдых тебе не помешает.

— Она говорит, что не может пропустить свою практику в госпитале.

— Ерунда. Пусть не строит из себя деловую колбасу, — иронично закатил глаза Ленц. — Никогда не поверю, что студентка мединститута не вырвется летом на две недели на курорт. Как будущий врач, она должна знать, что не бывает эффективной работы без хорошего отдыха.

— А третья неделя? — спросил я, не заметив, когда успел отступить со своей позиции.