Маг [litres]

– Ну и что у тебя случилось? – ворчливо поинтересовался я, когда мы обменялись приветствием и я скинул с себя промокший кафтан.

Орли со стуком поставил на стол уже знакомый мне металлический куб и огорченно развел руками:

– Да сам не пойму. Все было в полном порядке. Прибор прекрасно работал. Никаких сбоев. А вчера вдруг задребезжал и сдох, будто у него «веретено» полетело.

– Ты его не ронял? По голове себе не стучал? Прочность стен с его помощью не испытывал?

– Да ну тебя к сборщикам, – отмахнулся бытовик. – В сейфе он стоял. Никому не мешал. Да и вообще я им давно не пользовался.

Я осмотрел куб на предмет наружных повреждений, но с прибором и впрямь все оказалось в порядке. Ни царапин, ни вмятин… Орли отвечал за сохранность артефакта в буквальном смысле головой и даже на тину не мог выйти из комнаты, оставив его без присмотра. К правилам в гильдии, как и в Ордене карателей, относились со всей строгостью, поэтому подозревать Орли в безалаберности было нелепо. Тем более что в этом случае он бы меня не позвал.

– Ну давай посмотрим, что у него внутри, – пробормотал я, дотрагиваясь до боковой пластины, на которую были выведены управляющие заклинания. Их для удобства использования сделали всего два: аналоги земных «вкл.», как следовало догадаться, и «выкл.». В начинку бытовики не лезли. А все, что от них требовалось во время работы, это иметь соответствующий допуск и уровень дара, чтобы запустить прибор.

У меня, если помните, дар оказался существенно ниже среднего и заметно слабее, чем у того же Орли, поэтому активировать артефакт ему пришлось самому, тем более что именно к нему куб и был привязан. А вот дальше уже должен был подключиться я, чтобы оценить работу вплавленных внутрь заклинаний, проверить, какая из нитей оборвалась и почему. По возможности установить и устранить причину. А если же нет, то дать официальное заключение, что прибор к дальнейшему использованию непригоден.

На это моих знаний как артефактора должно было хватить, поэтому-то Орли меня и вызвал.

При этом, когда маг активировал прибор, поначалу с ним все было в полном порядке: все пять доступных осмотру граней благополучно расцветились нитями соответствующих заклинаний. Шестая, что соприкасалась с поверхностью стола, чуть-чуть запоздала, но не настолько, чтобы это вызвало подозрения. Однако как только куб засветился целиком и Орли приложил к верхней грани ладонь, собираясь снять отпечаток с собственной ауры, прибор вдруг чихнул, задребезжал и… действительно сдох, будто в магические шестеренки попал посторонний предмет.