Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

Они вместе спустились к озеру.

— Я хотел задать вам только один вопрос, — сказал Энтони, когда они медленно отгребли от берега, — прежде чем мы перейдем к действительно интересным темам. Делу время, а потехе час.

— Чья спальня вас интересует на этот раз? — устало и терпеливо спросила Бандл.

— На этот раз не спальня. Я бы хотел узнать, где вы нашли эту гувернантку-француженку?

— Да вы просто одержимы, — изумилась Бандл. — Я нашла ее через агентство и плачу ей тысячу фунтов в год, ее зовут Женевьева. Что вас еще интересует?

— Допустим, в агентстве, — сказал Энтони. — А рекомендации у нее были?

— О боже! Она десять лет жила у одной графини.

— У какой графини?

— У графини де Бретей, замок Бретей, Динар.

— А с самой графиней вы не виделись? Ваше общение происходило через переписку?

— Точно.

— Гм-м! — вздохнул Энтони.

— Вы меня заинтриговали, — оживилась Бандл. — Вы меня не на шутку заинтриговали. Тут любовь или преступление?

— Вероятно, просто идиотизм с моей стороны. Забудем это.

— «Забудем», — небрежно говорит он, выудив всю нужную ему информацию! Мистер Кейд, кого вы подозреваете? Я бы подозревала Вирджинию, как самую невероятную женщину, но она подходит меньше всего! Или, может быть, Билл?

— А как насчет вас?

— Аристократка в Братстве Красной Руки! Это была бы сенсация.

Энтони засмеялся. Бандл ему нравилась, хотя он немного побаивался пронзительного взгляда ее серых глаз.

— Вы должны гордиться этим, — вдруг произнес он, показав на огромный дом.

Бандл прищурилась и опустила голову.

— Да… полагаю, в нем что-то есть. Но к этому слишком привыкаешь. Во всяком случае, все лето мы живем в Каусе и Довиле, а потом в Шотландии. Чимниз пять месяцев открыт для посетителей. Раз в неделю сюда приезжают туристы, и Тредуэлл рассказывает им о замке. «Справа от вас портрет четвертой маркизы Катерхэм, написанный сэром Джошуа Рейнолдсом», и так далее, и какой-нибудь Эд или Берт, записной шутник, легонько подталкивает свою девушку и говорит: «Эй, Глэдис, две картинки тут ничего!» А потом они уходят, не глядя на картины, шаркают ногами и с нетерпением ждут возвращения домой.

— Но здесь все же вершились исторические события!

— Вы наслушались Джорджа, — устало возразила Бандл. — Он всегда рассказывает нечто подобное.

Энтони, приподнявшись на локте, посмотрел на берег:

— Что за третий подозрительный иностранец с унылым видом стоит у лодочного домика? Или это один из приглашенных на прием?

Бандл подняла голову от алой подушки, на которой лежала.

— Это Билл, — пояснила она.

— Кажется, он кого-то ищет.

— Вероятно, меня, — без энтузиазма подтвердила Бандл.

— Срочно гребем в другую сторону?

— Решение правильное, но потребует от вас слишком много усилий.

— После такого замечания я буду грести с удвоенной энергией.

— Вовсе нет, — возразила Бандл. — Гордость не позволяет мне убегать. Гребите туда, где ждет этот молодой осел. Кто-то, полагаю, должен за ним присмотреть. Вирджиния, должно быть, от него улизнула. Когда-нибудь, каким бы немыслимым это ни казалось, я, может быть, решусь выйти замуж за Джорджа, так что нужно привыкать быть «одной из хорошо известных хозяек политических салонов».