Апокалипсис Всадника
- Автор: Рязанцев Никита
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «Апокалипсис Всадника». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Как должники попались на блесну кредитного договора, так же и миловидная шатенка за стойкой клюнула на условия трудового контракта. За свою скудную зарплату она ежедневно ходит в это пасмурное здание, часами пялится в монитор и месяц за месяцем подкрашивает корни волос, чтобы не перестать быть похожей на блондинку.
Кажется, я только что нашел ответ, поставленный некогда на повестку дня в моем ежесекунднике. Чтобы продать душу дьяволу, в наше время не обязательно подписываться кровью: достаточно обыкновенных чернил. Люди расписываются тысячи раз в жизни – за получение паспорта, служебного удостоверения, трудовой книжки и заработной платы. За оформление кредита и рабочего договора, за выдачу аттестата и диплома. Подписываются под чеками, документами, квитанциями и заявлениями. Ставят подпись в прошениях, в письмах, на стенах и заборах. Каждый автограф – морской узел, подвязывающий человека к новой клейкой ниточке государственных отношений. А где-то в центральном шестиграннике этой социальной паутины, невидимо для глаз мошкары таится и точит жвалы Великая Паучиха.
– Оплата в кассу, – блондинистая шатенка возвращает мне кабальную грамоту. Выстояв еще одну очередь, я перекладываю всю наличность из кармана в бронированное окошко, испытывая при этом чувство глубочайшего унижения, как если бы меня ограбила шайка милиционеров, а Дед Мороз потребовал бабло за подарки.
***
В Улье принята безналичная кредитная система расчетов, единая для всех пчелюдей. Едва рождаясь, пчеловек получает лимит кредита, соответствующий его будущему социальному положению в Улье. Пчеловеки-трутники получают больший кредит и большие возможности. Пчеловеки-труженики, соответственно, меньшие. Эта справедливая система распределения называется «принципом евгенического равноправия пчелюдей».
Расходы на созревание маленьких воспитанников Улья (детское питание, распашонки, игрушки, одежду, учебники) ложатся на них самих. С поры вступления в зрелость пчеловек обязан отработать истраченный за детство кредит на его созревание. Всю последующую жизнь пчеловек отрабатывает кредиты на жилье, технику, одежду, продукты питания, отдых, развлечения и прочие бесчисленные блага, дарованные ему Ульем.
При возрастании производительности труждания, пчеловеку повышается кредитный лимит. При невозможности обеспечить своевременное погашение кредитов, пчеловек принудительно посылается на тяжкие и опасные труждания с одновременным прекращением расходов на его обеспечение материальными благами.
Такой образ жизни составляет одну из важнейших пчеловеческих ценностей Улья, и признан учеными вершиной социально-экономической мысли: Пчелономикой.
***
Возвратившись в приемную, мы с Онже поджидаем невесть где заплутавшего Сергея номер 4308. Пойманными мухами минуты налипают на клейкую ленту казенного времени. На банковском скотче разматывается очередной час нашей несвободы. Напротив нас, в позе древнего изваяния, сидит бронетанковая девушка с высоким лбом и по-кавалерийски обрубленным хвостиком темных волос. Педагогически поджав губы, она попеременно дает по нам с Онже шрапнельный залп из обоих глазных орудий.
Это называется «нервозная обстановка». Специально обставленное помещение без дверей и без окон, из него как бы нет выхода. Неудобные диванчики с геморрой-френдли сидениями и остеохондрозными спинками создают дискомфорт во время ожидания. Нависающая в угрожающей близости стойка с охранником и два видеосоглядатая под потолком образуют устойчивое ощущение, что ты все время под колпаком. Для того чтобы должник остро почувствовал свою зависимость, невозможность протестовать и даже просто уйти, клиента мурыжат здесь долгое время, предварительно отобрав его паспорт. Ксерокопии-то им нахуй не нужны! Вон он, оказывается, массивный копир, укрылся от первого взгляда прямо за стойкой ресепшн. Находясь здесь, клиент выматывается за каких-нибудь полтора часа, и вскоре готов согласиться со всем, что ему тут напоют, лишь бы вырваться из давящей обстановки.
– Я к этому еще кой-чего добавить могу, – подмигивает Онже и начинает рокотать неразборчивым для посторонних ушей зэковским хрипом, – ты пригляделся к той марусе, что напротив сидит? Как по-твоему, она сильно на клиента похожа?
По утверждению Онже, когда мы спускались в лифте прошлый раз, девушка ехала вместе с другими сотрудниками. Теперь скучает на диванчике для неплательщиков и неотрывно за нами пасет.