Зомбятник 2

Глава 14

Я спустился около кладбищенской ограды. Рогин обманул: зиккуратами тут и не пахло. Кладбище вообще не посещал никто с самого начала апокалипсиса, а если посещал, не оставил следов.

А вот тела были. Но не на кладбище, а в одиннадцатиэтажном жилом доме, что находился через дорогу. Некромант, как и любой адекватный человек предпочел жить и работать в комфортном жилом доме. Хотя нет — слово "жилой" здесь лишнее — я не ощущал в доме никого, кроме всяческих умертвий и человека с комплекцией Григория Юдина. Похоже, соседей некромант не любит.

Я подлетел к дому и завис. Двигаться дальше опасно: двор сторожил мертвый дракон. Туша доходила до сорока метров в длину, распахнутые кожистые крылья накрыли детскую площадку и проход к нужному подъезду. При желании можно протиснуться у стеночки, только вот я не рискнул: помню некропсов. Дракон абсолютно так же не опознается системой, но вряд ли некромант оставил на страже своего дома неработоспособного дракона.

Белесые глаза ящера наблюдали за мной из-под полузакрытых век. Когда я отвернулся и осмотрел окна, ящер на пару сантиметров приоткрыл пасть и немножко сдвинул голову. Я повернулся обратно к дракону.

И что делать? Не бить ведь ящера, в самом деле. В своей победе я не сомневаюсь: логика подсказывает, что мертвый дракон уже не управляет ни воздухом, ни другими какими-то стихиями: это просто несколько тонн мертвого мяса. Однако неразумно с порога ссориться с хозяином дома, который обладает черт знает какими навыками, и чей дом забит разнокалиберными мертвецами. Да и дракон навевает грустные мысли: прежде, чем сотворить из ящера зомби, некромант нашел его и убил, попутно получив дохера опыта. Похоже, в этом и был секрет быстрой прокачки Юдина.

Я отыскал в доме ручку и блокнот, написал "я во дворе, жду" и транспортировал записку единственному живому человеку в доме. Юдин обедал. Некромант поймал летающий клочок бумаги, не читая, скомкал его и выкинул в мусорное ведро. Сука.

Я понимаю, что каждый человек обладает свободой воли, и если не хочет видеть другого человека, то имеет на это полное право. Но мое эго шептало, что нужно вытащить засранца через окно и объяснить, что не стоит игнорировать высокоуровневых телекинетиков. Вытаскивать некроманта я не стал потому, что дракон хоть и пытался притвориться статуей, но не дремал, а коридоры и квартиры дома заполняли мертвецы разных видов. Я не хотел получать люлей от всех одновременно. Почесывание чувства собственной важности не стоит драки с драконом.

Я решил проблему не реагирующего некроманта иначе: переместил скатерть с продуктами со стола на подоконник и завис напротив окна. Григорий не стал прятаться — подошел и открыл створку.

Мне казалось, что Юдин будет выглядеть как минимум мрачно. При слове "некромант" мне представлялся суровый дядька лет пятидесяти, с жидкой прической, ястребиными чертами лица, и обязательно с гриммуаром: толстой книгой, обитой железом. Чтобы и руку ему пожать не стыдно было, и за стол пригласить.

Юдину на вид было лет тридцать, и выглядел он как прилизанный менеджер торговой точки сотового оператора в торговом центре: зафиксированные в пышном беспорядке вихри, наглаженная рубашка, брюки. Черный плащ и маска висели на вешалке у двери. Единственное, что выбивалось из образа продавца — кольца на руках. Восемь пальцев Юдина сверкали бижутерией, и выглядело это по-цыгански. Даже не знаю, что тут скрывать за маской. Если бы у некроманта шрам на пол морды был, я бы сам посоветовал ему носить птичий клюв, но шрамов ведь нет.