Бог не играет в кости

— Да, папочка.

— Ну, раз ты не одна, то поговорим потом. Будь осторожна, дело принимает плохой оборот.

«Плохой», равно как и «хороший», настолько редко звучало из уст полковника и настолько отличалось от общепринятых значений этих слов, что мне стало понятно — ситуация вышла из-под контроля.

— Папа, я тебе вечером позвоню. Хорошо?

— Ладно, отключаюсь, — пробурчал шеф.

— До свидания, я тебя тоже целую.

Я опустила мобильник в карман и уже собиралась прошмыгнуть в сторону лестницы. Не вышло.

— Звонок из дома? — поинтересовался подходивший ко мне Рэналф.

— Отец, — лаконично ответила я. — Интересуется, как у меня дела.

— А как, кстати, у вас дела? Вы сегодня ранняя пташка. С самого утра на ногах. Я видел, как вы утром шли от порта.

Врать не имело смысла.

— Ночевала на Гернси. Поехала поговорить со свидетелем и не рассчитала время. Вернуться удалось лишь на утреннем пароме.

— Бедняжка! Где же вы провели ночь?

— Меня приютила хозяйка бара.

— Но почему ваш патрон не занимается этим сам, а посылает вас? Да еще и на ночь глядя? Хотя Нормандские острова и считаются одним из самых спокойных и безопасных мест в Европе, но все же ночные прогулки по Гернси — не лучшее занятие для молодой девушки.

Рэналф приветливо улыбался мне, но в его серых глазах застыл немой вопрос: что же ты, голубушка, делала ночью на Гернси? Вместо ответа я решила перевести стрелки:

— А вы почему не в море?

— Сегодня море обойдется без меня, и на берегу достаточно дел. К сожалению, насколько неотложных, настолько и малоприятных. Надеюсь, хоть свидетель стоящий был?

Я изобразила досаду.

— Какое там стоящий! Местный выпивоха. Рассказывал о попытке какого-то самолета приземлиться в аэропорту Гернси. Но как только мы начали подробно разбирать, что именно и когда он видел, то этот тип быстро пошел на попятную и признал, что ошибся. Ха, ошибся! Хотя, впрочем, вполне мог принять одно за другое. С того места, где он ловил рыбу, ему действительно могло почудиться, будто бы самолет шел на посадку, когда тот падал.

Спасатель с интересом смотрел на меня, а я не могла отвести глаз от его куртки, на которой не хватало одной пуговицы. Сейчас эта пуговица лежала в моем кармане, а найдена она была на полу того самого авиационного ангара, который я обследовала ночью.

Рэналф не уходил, как будто бы хотел что-то сказать и не решался. Или это мне только казалось? Его «до вечера» прозвучало неуверенно и вопросительно.

Я попрощалась и поднялась к себе.