История одной аренды [СИ]

рни отделались легким испугом и новым нагоняем от своего инструктора, а Андрея отправили в лазарет на базе. Это был чертов последний день его командировки. Мужчина планировал сегодня дописать отчеты и начать паковать вещи, а теперь ему предстоит лежать на больничной койке. Госпиталь при горной базе имел современное оборудование, и сканирование показало, что кроме растяжения и ушибов, офицер Богданов не получил серьезных ранений, хотя гематома обещала быть красочной и обширной. Уже при осмотре Андрей видел, как стали проявляться синие линии на его руке, где он намотал трос. Пострадала так же ладонь, на которой остался ожег от веревки. Обилие мази не скрывало, что под кожей вокруг плеча уже чернела кожа. Наложив лонгету, суровый полевой врач безапелляционно произнес: Полный покой руке до окончательного выздоровления. Две недели амбулаторное наблюдение. Здесь? - нахмурившись, спросил Андрей. Пока здесь, - ответил врач. - Позже переведем вас в столицу. Мужчина выдохнул с облегчением, поняв, что не останется в тысячи километрах от дома. К собственному удивлению эти две недели стали настоящим испытанием для него. Андрей волновался, как воспримет его отсутствие Ляля. Мужчина надеялся, что она так же скучала, как и он, или отдыхала от домогательств, что тоже вполне реально. Хуже, конечно, если она просто жила себе спокойно и даже не ждала его возвращения. Внезапно Андрей почувствовал тень неуверенности в себе из-за того, как его встретят в столице. Впервые в жизни мужчина возвращался к кому-то, кто был ему не безразличен, и не знал, что его ждет. В последнее время Ляля часто снилась ему, и Андрей терпеливо ждал, когда командировка закончится. Нетерпение стало беспокоить его в дали от дома, и впервые он был не рад прекрасной природе, чистому воздуху и спокойной обстановке вокруг. Не то чтобы он резко полюбил суетливый город, скорее мужчина стремился в объятья женщины, ставшей вдруг такой важной в его жизни. И еще Андрей волновался, что Ляля может пожелать разорвать их непристойную сделку, закрыв перед ним дверь. Когда он уже лежал в палате, хмурясь на голую стену перед ним, к нему заглянул Арсений Игнатьевич, вооруженный ноутбуком. Отдыхаешь? - спросил мужчина, присаживаясь на пустую кровать рядом с ним. Ты же знаешь врачей - чуть что, сразу ;полный покой ;, - хмыкнул Андрей, усаживаясь поудобнее. Перебинтованное плечо отдавало глухой болью при малейшем движении, но он этого не показывал. Мне тут сказали, что у тебя завтра должна быть отправка домой, - начал со вздохом коллега. Для этого надо заполнить личные карточки ребят о прохождении испытаний и написать характеристики к их личным делам, - кивнул Андрей, раздумывая, когда сможет это сделать. Так точно, - ответил Арсений Игнатьевич коротким кивком головы. С этими словами его коллега придвинул к себе свободную тумбочку и расположил на ней портативный компьютер, приготовившись к работе. Ты диктуй, а я буду печатать, - предложил мужчина, настроившись на работу. Игнатич, у тебя своей писанины хватает, - вздохнул Андрей, вспомнив, что каждый инцидент на полигоне требуется описать в трех экземплярах по разным инстанциям. Я тебе должен за своих обормотов, вот и пришел помочь не в службу, а в дружбу, - вскинув брови, произнес Арсений Игнатич. - Так что харош ломаться, как девка на гражданке, у меня и правда своей писанины хватает. Быстрее начнем - быстрее закончим. Понимая, что ему оказывают отличную помощь, Андрей перестал сопротивляться и лишь слегка улыбнулся в ответ. Это был реальный шанс вернуться в столицу быстрее. Отчеты будут сданы в срок, так что его группа сможет без задержек вернуться домой. Может и его переправят с ними, в конце концов, кроме руки у него все остальное функционирует нормально. Работа с Арсением Игнатьевичем шла довольно споро. Мужчина активно стучал по клавиатуре и исправно заносил все комментарии Андрея в картотеку полигонных испытаний. Когда дело дошло до характеристик, которые в основном состояли из шаблонных фраз, они обсудили каждого бойца. После того, как коллега отстучал по клавишам, Андрей прочел все, что они за сегодня написали, поняв, что все сделано как надо. Арсений Игнатьевич пообещал отправить отчеты в Академию, воспользовавшись спецсвязью на базе, ибо все другие виды связи перекрывались глушилками с вышек. Три дня спустя Андрея перевезли в столицу и поместили в госпиталь, откуда до выписки никого не выпускали. Взглянув на трехметровый забор, мужчина покачал головой. Когда настал отбой, он договорился с охраной на КПП, и молодые бойцы выпустили его с условием, что утром он вернется. Больничная одежда не очень подходила для прогулки по городу, но для ночной поездки в такси вполне сгодилась. Глава 11 Девушка сидела в темной кухне перед зажженной сигаретой, которая медленно тлела в пепельнице. Ситуация была патовая. Тревога за Андрея достигла своего апогея, но обратиться за помощью было некуда. Даже поговорить особо не с кем. О её любовнике знала, по сути, только Анжелка, но сейчас ночь, и подруга, наверное, сладко спит рядышком со своим бравым спасателем. Что делать? Куда звонить? Что сказать? Был вариант позвонить Надежде Витальевне, но это уж совсем на крайний случай. Возможно, ничего страшного не происходило, и задержки из командировок случаются у всех, Ляля сама не раз прилетала позже намеченного срока, закрутившись в делах или получив дополнительный заказ на месте, но вот Андрей не фрилансер, он военный, и как не крути, это накладывало свой отпечаток на всю ситуацию. Девушка едва дождалась окончания отмеренных двух недель, но никто не приехал к ней для поцелуев или объятий. К вечеру вторника Ляля стала задумываться, что, возможно, Андрей не сильно спешит к ней, решая свои какие-то дела. Эта мысль очень расстроила, но глядя трезво в лицо реальности, девушка понимала, что у мужчины были дела и помимо её постели. Тот факт, что она практически сгорала в ожидании очередного свидания, подтвердил все мысленные дебаты с собой. Ляля влюбилась в Андрея по уши. Осознание собственных чувств не стало открытием. Девушка понимала, что такой мужчина легко западет в душу любой адекватной женщине. Спокойный, серьезный, строгий, уверенный, но не самоуверенный человек привлекал внимание. Ляля имела достаточно опыта, чтобы понять, что перед ней настоящий мужчина. В этот момент девушка вспомнила слова старшей сестры в один из вечеров, когда они зависали вдвоем на её кухне. Все они рождаются мальчиками, - произнесла Лена, имея в виду мужчин. - Казаки-разбойники, машинки, рогатки и прочие игрушки. Некоторые из них, к сожалению, большинство так и остаются мальчиками. Только теперь игрушки у них подороже, а мышление в целом такое же. Половина из них до сорока лет никак не могут оторваться от мамкиной сиськи, либо меняют её на сиську жены или десятка любовниц. Они в целом не способны любить одну женщину, исключение лишь для мамы. Такие мальчики-пчелки - с цветочка на цветочек, вечно в поиске лучшего места. Другая часть мальчиков взрослеет, и превращается в мужиков. Такие гудят с пивом перед телевизором каждый вечер, ворчат на супругу, детей и вечно чем-то недовольны. Из этих товарищей получаются домашние тираны, кастрюльные боксеры и прочее быдло-мэны. Это крепкие семьянины, но жизнь с ними не сахар. И есть еще одна категория, очень редко встречаемая. Так сказать, долбанный Моби Дик. Настоящий мужчина. Эти парни способны трезво оценить ситуацию и не делать идиотских поступков. Думают наперед головой, а не ;авось пронесет ;. Мужчина, который не будет метаться и будет честен с собой и женщиной, которая рядом с ним. Который адекватно видит ситуацию и принимает решение, исходя не только из собственных интересов, но и учтет, что будет лучше для его спутницы. Если вдруг встретишь такого мужчину, сама делай ему предложение. В тот вечер они с Леной выпили достаточно, и откровенные разговоры на кухне были словно бальзам на душу. Ляля тогда переживала очередной провал в личной жизни, и сестра примчалась поддержать её. Девушка не стала собирать весь балаган, пригласив только Лену. Старшая тоже выглядела неважно, уставшая после работы и подозрительно задумчивая. Лен, у тебя все норм? - вскинув брови, спросила Ляля. Да, не бери в голову, - отмахнулась Лена. - Просто устала сегодня. У вас с Валерой все хорошо? - нахмурилась она. Да, - спокойно ответила сестра. - Валера не такой ужасный, как вы все думаете. Почему у вас вечно такие лица? Ну, согласись, есть за ним грешки, - поджав губы, напомнила Ляля. - Если бы все было хорошо, ты бы не психовала так. А ты никогда не думала, что я иногда просто обижаюсь сильнее, чем он меня обидел? - вдруг мягко спросила Лена. - Наша с ним проблема в том, что когда я устала или зла, мне надо выплеснуть раздражение. На работе это невозможно, остается только дома. Валера не молчит, и у нас начинается ругань на пустом месте. То есть он хороший, а ты истеричка? - иронично уточнила Ляля, вскинув брови и пристально глядя на сестру. Нет, - возмутилась она и тут же, скривившись, призналась. - Ну, может иногда. Понятно все с тобой, - отшутилась девушка, закрывая тему личной жизни сестры. При всех недостатках Валерона у него есть и плюсы, - пожала плечами Лена, протягивая бокал за добавкой. Пока ты с ним, значит он самый лучший, - пожала плечами Ляля. - Ты его выбрала из всех, значит, он достоин. Я тебе довер�