Искушение для Кати

– Интересно, - покачал головой Глеб, - Ты любила меня, а Егор тащился по тебе.

– Ты знал? - поразилась его осведомленности. Повернулась к мужчине и уставилась на него во все глаза. Эмоции, как волной смыло, их окрас изменился в секунду.

– Конечно. Кать, у нас с Егором никогда не было недомолвок. Мы всегда честны друг с другом, - серьёзно признался брюнет.

– Ага, - фыркнула, понимая, что Малиновский у нас, как копилка с чужими секретами. Мы ему душу изливаем, а он всё это носит в себе. Представляю, как ему было неприятно слушать про мою неразделенную любовь..., - А про клуб-то умолчал.

– С чего ты это взяла? - засмеялся Самойлов, наблюдая, как вытягивается моё лицо. Это что же, он рассказал блондину, а я как... Врала ему... Кошмар, Егор всё знает, но молчит. Стыдно-то как... Ждёт видимо, когда я сама сознаюсь.

– Глеб, блин! А предупредить? Я лгунья из-за тебя теперь, - выпалила обвинительно, совершенно не простудившемуся мужчине.

– Врать я тебя не заставлял, - веселясь, помотал он головой, - Это было исключительно твоё решение. Кстати, интересно, почему?

– Не знаю, - расстроилась окончательно. Сама ведь говорила, чтобы никаких секретов и недомолвок, и нате вам. Нарушила свои же правила, - Боялась его обидеть...

– Чем? Тем что мы переспали без него? Нам же не по пятнадцать, Кать. Неужели ты думаешь, что это рано или поздно не случилось бы? - продолжал потешаться надо мной Глеб.

– Отстань. Не знаю я, - буркнула и отвернулась. Злилась на себя, а не на него.

– А к нему, что ты чувствуешь? - через пару минут нашего молчания, спокойно спросил Самойлов.

– Я... Не смогу это описать. Но... Если мне плохо, то я бегу к Горе, если хорошо, то хочется скорее ему рассказать..., - подбирала слова, и правда, не в силах охарактеризовать своё отношение к блондину.

– Ясно, - перебил меня брюнет, - Блядь, я ведь даже ревновал раньше. Меня так бомбило из-за того, что ты бежишь к нему, слушаешь его, а я как на галёрке. А теперь, понимаю, что это просто мы разные. Я никогда не смогу быть, как он, а он, не станет мной. И я знаю, что ты меня любишь, что... Кать, - вдруг перебил он сам себя и продвинувшись ближе, цепко посмотрел в мои глаза, - А предложи мы тебе выбирать. Ты смогла бы?

 Замерла. Воздух стал тяжёлым, тело загудело от волнения. Это не праздный вопрос. Глеб ждёт честного ответа. Но дело в том, что это и есть самый страшный для меня выбор. Голова немного закружилась, меня замутило от волнения. Я тянула время и перебирала в голове варианты ответа. А Самойлов... Словно, сам прочитал ответ на этот вопрос, увидел в глубине моих глаз. Отстранился и, надев солнцезащитные очки, немного раздражённо выдал:

– Так мы и думали. Пошли. Скоро уже ужин, довезу тебя до Егора.

 Запоздало поднялась, выбросила остатки ваты в урну. Есть её уже не хотелось. Быстро догнала Глеба и взяла его под руку.

– Нет. Я просто люблю вас и всё. Хотите вы этого или нет. И счастлива, что вы есть у меня, - проговорила, стараясь разрядить обстановку.