Чёрный Рыцарь [ЛП]

Он такой джентльмен — заботливый, внимательный. Почему я не могу заснуть, думая о нем? Почему я не могу зациклиться на нем? Чтобы моя грудь сжималась из-за него?

Если бы у меня был выбор в процессе признания моего сердца, это был бы Ронан.

Или это то, что я говорю себе.

Машина набирает обороты, выезжая из района, и я глубоко вздыхаю.

— Он не играл, — говорит Ронан с улыбкой, которая отличается от его легкой улыбки.

Ксандер не играл? Но почему? Он всегда играет, за исключением того случая, когда тренер наказал его и Эйдена за драку.

Но я не позволю втянуть себя в эту орбиту. Я смотрю в окно на особняки высшего среднего класса, мимо которых мы проезжаем.

— Мне все равно.

— Тренер знает о боях, пьянстве и отстранил его, — продолжает Ронан, глухой к тому, что я сказала.

Я смотрю ему в лицо, не в силах сдержаться.

— Бои и пьянство?

— У него есть проблема.

Ронан постукивает пальцами по рулю, будто наслаждается музыкой, которой не существует. Он не продолжает, и, если бы я не знала лучше, я бы сказала, что он играет со мной.

— И? Какого рода проблема?

Его ухмылка почти раздвигает лицо.

— Говорил же тебе, бои и пьянство. Раньше он это контролировал, но в последнее время у него появилось похмелье, и он едва держится. На его лице несколько порезов, а на теле синяки. Он не обращает внимания ни на тренировки, ни на учебу, ни даже на самого себя. Сегодня он пришел пьяный, и капитану это надоело.

— Если его отец узнает, у него будут неприятности, — бормочу я себе под нос, а затем понимаю, что сказала вслух.

— Почти уверен, что тренер уже позвонил ему, — напевает Ронан. — Думаю, что идут разговоры об отправке на реабилитацию в закрытую клинику, и он сможет вернуться только за дипломом. Ни для кого не секрет, что Льюис потеряет на нем все свое дерьмо. В конце концов, это год выборов.

Что-то в моей груди сжимается сильнее, чем больше я игнорирую это.

— Он сам навлек это на себя, — говорю я, затем меняю тему на игру.

Ронан рассказывает о своих героических достижениях и решающем пасе, который он отдал Эйдену, чтобы тот забил их единственный гол.

Когда мы входим в ресторан, я смеюсь и улыбаюсь его глупому поведению. Мы даже делаем селфи в стиле Ронана на высшем уровне. Он обнимает меня одной рукой и прижимает к себе, целуя в щеку.

Хотя снаружи я смеюсь, что-то режет меня изнутри на мелкие кусочки.

Я заказываю салат, хотя Ронан говорит, что у них есть диетическое меню, но я ничего из этого не ем.

Мое тело прямо здесь, в этом элитном ресторане, для которого мне не следовало надевать джинсовую юбку. Обстановка имеет элегантное сочетание коричневого и белого, что придает определенный тип безмятежности.

Не для меня.

Хотя я присутствую, улыбаясь тому, что говорит Ронан, мои мысли заняты другим. Я думаю о теориях того, что Льюис может сделать с Ксандером. Ронан сказал это. Это год выборов для него и отца Сильвер. Они запрещают любые несчастные случаи в обычные дни, не говоря уже о том, что кампания так близка к старту. Интересно, имеет ли к этому какое-то отношение исчезновение Сильвер за последние два дня?