Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)

Чие ринулась в бой в первых рядах, заряжая своих солдат решимостью и храбростью. На бегу распаковав из печати свое главное оружие, она взмахнула руками, и марионетка-Дар-Рикудо-Миру повторила за ней, вкладывая в своё движение чакру Величайшего.

— Дождь Боли! — крикнула Казекаге, посылая на врагов настоящий ливень из отравленных сенбонов.

Хирузен, до этого двигавшийся в сторону Изуны, отвлёкся и посмотрел на шумное море шиноби, грозящее захлестнуть отряд из Конохи с первой же волной. Его обострившиеся сенсорские способности дали ясно понять — в рядах врага есть несколько шиноби уровня Каге. Поэтому Хокаге задержался на секунду, быстро и чётко собрав ручные печати, и выдохнул чудовищной силы пламя:

— Стихия Огня: Огненный Меч Бога Войны!

Столб жара ударил в самое большое скопление шиноби, раня, калеча, уничтожая и прорываясь дальше. Люди закричали от страха и боли, сгорая заживо. Чие стиснула зубы и ускорилась, надеясь добраться до Хирузена раньше, чем потери от его атаки станут невосполнимы.

— Стихия Ветра: Вакуумная Стена! — донеслось из рядов воинов Страны Ветра.

Чие усмехнулась. Эбизо стоял там, среди сгоревших и обожженных, прямо напротив несущейся вперёд огненной атаки. В руках младшего брата Казекаге практически сиял чакрой огромный веер.

— Дары Рикудо Миру — мощное оружие, — выдохнул Хирузен, подпрыгнув и посохом-Энмой, удлинившемся до необходимого уровня, сбил максимальное количество сенбонов Чие. — Впрочем, Конохе ли не знать об этом, хе.

Сенсома уже вступил в очередной размен ударами с Мадарой и в очередной же раз давил, несмотря на то, что сражался уже не первый час. Изуна бросился на помощь к брату, посчитав, что Карума справится со своим противником, но в следующее мгновение дорогу ему преградил Хирузен.

— Техника Тобирамы? — поднял бровь Учиха. — Забавно…

— Один раз ты уже умер, противостоя ей, — Хирузен раскрутил свой посох и встал в стойку. — Что мешает истории повториться?

— Танцуем! — радостно оскалился младший брат Мадары.

Армия Ветра, тем временем, отправилась от атаки Хокаге, и продолжила движение.

— Нападем на нее, — скомандовал один из джонинов-капитанов, указывая на красивую красноволосую женщину, пышущую алой чакрой. — Она — женщина!

— Только заметил? — фыркнула Мито, складывая печати. — Не самые разумные слова для шиноби нынешней Суны.

С этими словами Мито выпустила свою чакру, а вместе с ней и цепи из-под земли, которые тут же сложили под ногами бросившегося к ней отряда причудливый фуин-рисунок, незамедлительно превратившийся в печать запечатывания-распечатывания земли. Мито усмехнулась, краем глаза отследив, как земля под ногами шиноби меняется местами с воздухом вокруг них, и все это месиво обагривается кровью, а потом повернулась к добравшейся до нее Казекаге.

Чие взмахнула руками, «оживляя» свою марионетку, и без лишних слов атаковала противницу.

Тоширо, ненавязчиво прикрывающий вступившую в бой дочь, присматривал и за остальными членами отряда, а потому у четверки джонинов-штурмовиков сложилось впечатление, что «старик» слишком отвлёкся.

Узукаге встретил первого шиноби, подошедшего слишком близко, столбом пламени из печати, выведенной на земле ногой. Второй противник мгновенно был облеплен листочками-фуин и тут же улетел прочь на невероятной скорости. Третьего Тоширо, крякнув от натуги, просто отбросил ударом правого кулака, а вот четвёртого достать не успел.

Буквально за долю секунды до взрыва под ногами последнего штурмовика в бой вмешался пятый противник, на огромной скорости подхвативший товарища и вытащивший его из опасной зоны.

— Меня зовут Бодо, — поклонился он Тоширо, поставив спасённого джонина на землю. — И я чувствую, что в бою с тобой я найду то, к чему стремлюсь, Узукаге.

— Ты использовал Небесную чакру, я угадал? — Тоширо прищурился, заметив, как дернулся монах. — Интересно…

***

Двое рослых шиноби стояли напротив друг друга, будто бы не замечая вакханалии сражения бушующего вокруг. Карума пристально следил за руками своего противника, не зная, что от него ожидать.

— Сегодня ты умрешь, — яростно прошипел Данзо, вставая в стойку.

— А? — не понял Учиха. — Мы знакомы?

Он просто… не помнил Данзо. Карума слишком рано начал сражаться и убивать всерьез, даже по меркам шиноби, а потому не помнил всех с кем сражался. Конечно, он помнил свою первую встречу с Математиком Боя, и даже тот факт, что среди его союзников в тот день был представитель клана Цубаки, но вот Данзо он позабыл. Не так уж и силён и важен был тогда для него Шимура.

— Если и знакомы, то знай — я тебя не помню, — насмешливо уточнил Учиха, решив вывести противника из себя.

— Да мне плевать, — ответил Данзо безразлично, чем смутил Каруму. — Запомни одно, и не забывай — ты умрешь от моей руки.

Сказав это, Шимура бросил в Учиху сразу с десяток сюрикенов и бросился за ними сам, не отставая! Шаринган, на мгновение, заметался, просчитывая траектории полета метательного железа, и этой заминки Шимуре хватило, чтобы добраться до уязвимой точки обладателя техники Внутренних Врат.