Датта Даршанам

Вишнудатта был доволен. Сосредоточив свой ум на Господе, он позвал больного, который медленно открыл глаза и заговорил без напряжения.

К тому времени там собрались все главные брамины деревни. После разговора с ними Вишнудатта выбрал искупление согласно шастре, которая имеет дело с действиями и их последствиями.

Религиозное служение в течение двенадцати лет против болезни, вызванной убийством брамина, другие двенадцать лет служение от водянки, вызванной грехами против Вишну, и шесть лет церемоний от острой подагры, и три года служение от свищей и язв. После этого решения Вишнудатта отдельно посвятил Сумедху.

Когда был исполнен особый ритуал, соответствующая болезнь начала проходить. Когда болезни отступили, молодой брамин тоже начал участвовать в этих обрядах, насколько было для него возможно. Ко времени, когда половина ритуалов была проведена, все болезни полностью излечились. Супруги завершили оставшиеся обряды с большой верой.

Когда все ритуалы и обряды были выполнены, чета пригласила Вишнудатту к себе домой на три дня и предоставила ему традиционные шестнадцать видов преданного обхождения. Вишнудатта относился к девушке как к своей собственной дочери, он дотронулся до груди мужа и благословил его и велел ему петь датта-мантру, чтобы достичь праведного характера, добродетельного потомства, долгой жизни, здоровья и богатства. Затем он вернулся домой.

Итак, Девендра, теперь скажи мне, если бы Вишнудатта сказал либо Сумедхе, либо юноше, что мир нереален, что нет ни рождения, ни смерти и нет болезней вовсе, разве смогли бы они это понять? Было ли приемлемо то, если бы он посоветовал им совершать похвальные действия с тем, чтобы они были счастливы в следующем рождении? Вот почему Вишнудатта объединил находчивость с силой и заставил юношеский разум брамина погрузиться в праведность. Внешне искупление было наградой за эти ритуалы. Но в действительности они были средством очищения его разума и, следовательно, косвенно вели к освобождению.