Приказано влюбить

 - Твоя жизнь навсегда изменится, - горячо шептал на ухо Тот, кого надо забыть, пристраиваясь сзади. - Но ты не должен жалеть. Я смогу сделать тебя счастливым, маленький друг. Научу получать удовольствие от секса с мужчиной. А о женщинах придётся забыть. Навсегда.

Ты никогда больше не будешь с женщиной...

Он говорил это каждый раз, когда трахал его. А потом ещё и заставлял повторять несколько раз, точно грёбаную мантру. А если Женя отказывался - получал ремнём по лицу.

Ты никогда... никогда больше не сможешь спать с женщиной...

Я никогда больше не смогу с женщиной...

И снова, и снова, и снова, и снова...

Тот, кого надо забыть, явно ломал человека не впервые. Он знал, что делает. Умело дрессировал, чередуя кнут и пряник. Однако в Женином случае кнута всегда оказывалось больше. Джон с маниакальным упорством добивался от него... отклика в сексе. Если бы Женя этот отклик продемонстрировал, жизнь стала бы легче. В разы. Но...

Не мог он. Никак не мог. Совсем.

Того, кого надо забыть, это доводило до бешенства, а Хазмат ухмылялся во все зубы: он всерьёз настроился получить второй гранатомёт. Ведь именно опасная игрушка стояла на кону в их с Джоном споре. К тому же, всё происходящее нехило забавляло лидера боевиков. Он даже с энтузиазмом предложил новое наказание для непокорного раба: избитого Женю засунули в ящик, закопали и... оставили задыхаться. Евгений выл, орал и вопил несколько часов подряд, а потом потерял сознание...

Ты никогда больше не сможешь переспать с женщиной. Никогда. Никогда. Никогда...

Всё оказалось неправдой.

Всё. Оказалось. Неправдой.

Всё...

Вот она - женщина в его руках. Самая настоящая женщина. Самая желанная. Безумно красивая. Нежная. Горячая. И он хочет её. Хочет так, что член стоит, будто гранитный, а сперма долбит в виски, лишая разума.

На какое-то мгновение Женя забыл обо всём. Об ужасах войны и кошмарах плена, о своих страхах и смерти мамы...

Он бы даже имени своего не вспомнил, если бы кто-то сейчас спросил.

Ничего не осталось, кроме жара, затопившего каждую клеточку тела, и желания, с которым он не смог бы совладать даже под дулом пистолета.

Лена уложила его на спину, а сама устроилась сверху. Взяла в руку пульсирующий член и принялась водить головкой по горячему влажному входу в святая святых. Женя вцепился в простыни и закрыл глаза, а она всё дразнила и дразнила его... и себя, похоже, тоже.

Когда сил терпеть почти совсем не осталось, Лена направила его в себя. Она опускалась на твёрдый ствол медленно. Мучительно медленно и невероятно сладко.

 - А-ах, - застонал Женя, заполнив её до отказа. Боже... Какая же она тесная. И какая мокрая!

Он испугался, что моментально кончит, но этого не произошло. Лена двигалась размеренно и плавно, улавливая каждый его порыв. Периодически она склонялась к нему, и они целовались. Женя гладил Варину подругу по спине и ягодицам, накрывал ладонями груди, наслаждаясь их упругой тяжестью. Но когда девушка постепенно ускорила темп, крышу сорвало окончательно и бесповоротно. Евгений впился пальцами в упругие бёдра, и толкнулся вперёд, насаживая Лену на член так глубоко, как только возможно. А потом ещё, и ещё. Её стон стал наградой, но останавливаться на достигнутом Евгений не собирался. Он резко перевернул любовницу и лёг сверху. Женя вбивался в неё мощными рывками, сильней и сильней, растворяясь в нарастающем наслаждении. Лена обвила его ногами, ухватила за плечи и подалась навстречу, выгибаясь дугой.