Императорский отбор для попаданки

— Ой, и правда! А я еще не ложилась!

— Угу, спасибо, что вспомнила, — пробурчала я и растянулась на софе в платье.

— Эй! А помочь мне переодеться? — капризно потребовала она. — А макияж смыть?

— Сама справишься, — я удобнее улеглась и закрыла глаза.

Недовольная маркизетта ушла в ванную и из вредности громко хлопнула дверью. Мне все равно, а вот кот проснулся и выполз из-под кровати.

Выглядел бедолага плохо.

— Иди ко мне, малыш, — позвала. Он подошел, забрался на диван, и я положила его себе на грудь. Кот свернулся калачиком и притих.

Ощущать тепло живого существа, его мерное дыхание после суматошного дня, а потом и умиротворяющее посапывание — так успокоительно. Я мигом заснула.

Когда очнулась, на удивление ощущала себя достаточно бодрой. Первым делом испугалась, что проспала. Вскочила, но стрелка на циферблате настольных часов показывала лишь семь утра.

«Странно…» — подумала я и погладила кота, которого чуть не уронила.

Димея еще дрыхла. Раз в ночной сорочке, значит, смогла с себя стянуть платье, а вот макияж смыла плохо, и теперь я взирала на сонную, похрапывающую панду.

И все бы хорошо, если бы не мутный взгляд вялого Снежка.

— Дурашка, зачем ты цветы ел? — потрогала теплый розовый нос. Вздохнула и понесла кота в ванную, чтобы напоить.

Он жадно лакал воду, от бекона отказался, но предпочел забраться в темный прохладный угол.

— Ладно, сиди тут, — ласково потрепала его по макушке, пока набиралась горячая вода.

Прежде чем будить «панду», я надела изумрудное платье, подаренное императрицей, собрала чистые волосы на затылке в строгий пучок.

Смотрелось все идеально, и если бы не повод, ради которого приходится прихорашиваться, я бы порадовалась своему отражению в зеркале.

Когда разбудила Димку, она оглядела меня, не нашла к чему придраться, поэтому с ходу потребовала:

— Давай, поднимай меня и собирай. С тобой пойду. Вдруг ты еще кому-нибудь пощечину отвесишь, — зевнула она. — За тобой глаз да глаз нужен.

Не выспавшаяся Димка ворчала, придиралась по мелочам. Особенно не понравилось ей, когда она зашла в ванную, а Снежок демонстративно ушел в комнату перед ее носом.

— Ах он! — занесла она босую ногу, чтобы придать ему ускорение, но я успела первой напугать злючку:

— Не смей, а то он тебе отомстит! В туфли или на платье!

— Выставлю и тебя, и его!

— Но не сегодня, — промурлыкала я и принялась за сложнейшее дело: предстояло из китайской медведицы с отекшими глазами сделать красотку, способную очаровать Селебрина. Но подозреваю, что первый прием — самый необходимый в данном случае — это кляп в ее не закрывающемся ротике.