Двенадцатый жнец 2

Потеряв достаточное количество особей в бесполезной бойне пожиратели отступили. Альбинос не в состоянии достать Амадея вымещал свою злобу и жажду убийства именно на них. Жнец наносил чудовищной твари достаточно много ударов, но она каким-то образом умудрялась не подставлять одно и тоже место и Амадей никак не мог покончить с гигантом.

Альбинос чувствуя, что заклятие вскоре должно откатиться на перезарядку всем своим телом бросился на жнеца надеясь таким образом придавить его. Ему практически это удалось и Амадей сбитый с ног лежал в двух шагах от пасти альбиноса. Твари достаточно было взмахнуть лапой, чтобы покончить с ним, но в это момент на гиганта обрушился сверху Данталион.

Зазубренный меч ударил в практически пробитое заклятие и когда оно лопнуло клинок свободного охотника глубоко вошёл в плоть альбиноса. Гигант попытался подняться, но оружие Данталиона начало поглощать его силу и передавать своему владельцу. Огненные крылья охотника вспыхнули с новой силой и Данталион двумя мощными ударами лишил чудовище головы.

Заклятие Рены перестало действовать и чёрный туман покрывавший её тело испарился вернув Рене уязвимое тело человека. Пожиратели увидев, что сумасшедший альбинос больше не представляет для них угрозу ринулись на обессиленную троицу и чудовищного коня. Правда они немного ошиблись насчёт их сил за что им пришлось расплачиваться собственными жизнями.

Данталион после того, как покончил с альбиносом полностью восстановил собственные силы и полностью свёл на нет травмы, которые он получил, когда альбинос швырнул его в дом. Амадей так вообще не терял сил, да и Рена была лишь на мгновение дезориентирована, после того, как заклятие перестало действовать. Истребление пожирателей закончилось задолго до того, как на небосводе загорелась третья луна.

Вернувшись в таверну Рена увидела парализованных архонтов у которых подвижны были только глаза. С окончанием ночи действие проклятие перестало действовать и архонты вернулись к нормальному состоянию. Хозяин таверны и все остальные непрестанно благодарили их за то, что у них это была первая ночь, когда они не испытывали страданий от того, что их пожирают заживо.

В трёх днях пути от проклятого поселения Бруд сидел в таверне и рассматривал лежащие на столе стилеты, которые он забрал у жреца вставшего на путь помощи демонам проникшим в его мир. «Его мир», Бруд задумался над этим словосочетанием и оно было для него чуждо. Он почему-то не считал этот мир своим, он был тёмным архонтом из ордена «Чистилище», но ненавидел архонтов. Сколько бы он не размышлял над этим, но никакого разумного объяснения он так и не находил.

Но сейчас его заботило не его отношение к миру, а потеря следа демонов, которых он преследовал. Подобного с ним никогда не происходило возможно он просто стал терять сноровку. Душа грешника попав сюда и сохранив прошлое тело представляла угрозу. Архонты встретив существ из другого мира теряли рассудок и превращались в «примитивных», которых интересует только сырое мясо и убийство всех не похожих на них.