Безумно люблю

— Займёмся делами, — сдержанно кивает Патрик, отводя взгляд. — У нас впереди несколько слушаний. И не забываем, что мы одна команда.

А вот я почему-то так не думаю, мы из своей команды ещё не всё дерьмо вычистили.

Но не прошло и часа, как меня вызывает Хлоя, удивлённо хлопая глазами, кивает на посыльного.

— Стефани Эрс? — уточнив мою личность, мне вручают симпатичный букет цветов и маленькую коробочку моих любимых конфет.

— От кого? Там есть записка! — с одной стороны возле меня скачет Хлоя, с другой Мэг, и каждая надеется, что я поделюсь конфетами.

«Взял в долг, потому что моё сердце полно благодарности уже сейчас. Приличная работа, как и свобода уже в планах»

— Надо же, а с виду такой засранец, — прочитав записку, бросила я, отправившись искать вазу.

— И что это значит? — пытается понять Мэг, она ведь ещё не в курсе нашей последней аферы.

— После работы расскажу. Познакомилась я тут с одним парнем.

— Ещё с одним? Тебе что Рэя мало? — Мэг тут же вспыхнула возмущением «суровой мамочки».

— Да ну тебя, это совсем другое. Давайте вечером заглянем в кафе, и я тебе покаюсь в одном дельце. Но тут говорить об этом нельзя.

— Она тебя прибьёт, а нам ещё к родителям ехать, — ворчит Хлоя.

До конца рабочего дня, а это целых два часа, Мэг заинтригованно на меня косилась, и чтобы подсластить пилюлю пришлось делиться конфетами. Вернее, она сначала слопала свою часть, а потом ещё и половину моей. Но первым делом, как только мы выпорхнули из офиса я, конечно же, звоню Рэю.

— Кудряшка, наконец-то, обо мне вспомнила!

— Да я думаю о тебе каждые десять минут, ты что! У меня таймер в голове срабатывает, и я предаюсь мечтам о тебе по нескольку раз в час. …Но сегодня увидеться не получится, мы едем к родителям, переночую у них. Хелен выписали из больницы, так что у нас семейные посиделки.

— Это тоже нужно. Тем более, я сегодня на роботе допоздна, завтра у меня слушание.

— Я помню, — улыбаюсь в трубку. — Люблю тебя, мистер Болдер.

— О, это окрыляет. Так что, мне завтра тебя выглядывать в суде?

— Конечно.

— Тогда, я весь в предвкушении.

— А ты знала, что сюсюканье, длиться от трёх месяцев до полугода? — подаёт голос Мэг, когда я положила трубку. — А затем «люблю» бросается уже на автомате, секс ещё бодрит, но уже не ново, и пару начинает затягивать повседневность. А когда появляются дети муж становится обузой, ещё одним ребёнком или чемоданом без ручки. У женщины появляется другая миссия, и этот самец, который храпит над ухом, вечно разбрасывает свои носки и пачкает умывальник зубной пастой — начинает раздражать.

— Не пробовала пить настойку своей бабки, нет? Ту из последних, для поднятия тонуса. Что всё так мрачно, Мэг? Ты ведь понимаешь, что у тебя не останется другого выхода, если одна из нас выйдет замуж? Мы слово друг другу давали.

— Да-да, и опустили клятву на дно океана, призвав в свидетели стихию, — поддакнула Хлоя. — Как только одна из нас выскочит замуж, остальные должны последовать её примеру, прямиком в ад либо на седьмое небо, кому как повезёт.