Отверженный 追放者 Часть I

Мне даже стало интересно, что Баку для меня приготовил. Зачесались пальцы и я не стесняясь на них подул, ведь рядом никого не было.

Нет, домой я точно не пойду. Сгораю от нетерпения.

***

После второго урока, (на котором Марина-сенсей меня отчитала за опоздание, а я пытался заглянуть ей в разрез кофты), наступила долгожданная длинная перемена.

Миса отправилась на шестой этаж, в кабинет к председателю, а я вышел за ворота школы и потопал к закусочной, в которой мы вчера сидели втроем. Как необычно… втроем. Будто я и правда наладил с кем-то контакт.

Да нет, это как плавать в одном бассейне с акулой – если она тебя не жрет, это не значит, что вы друзья. Это значит, что она пока не проголодалась.

Акула жила во мне, акула это и есть я. Только голод и выживание, никаких больше мыслей. Даже спаривание только лишняя волокита, которая отрывает от работы. Естественная потребность, сравнимая с утренним туалетом.

Так я жил раньше. Но раньше мне не нравилась похоть, она не приносила мне этих ярких ощущений. И я почти никогда не злился, только если рыбка срывалась с крючка. Теперь мне гораздо сложнее контролировать эмоции. Гнев оказывается, бывает столь сильным, что тело самостоятельно принимается ломать дрова, а похоть так влияет на организм, что невозможно контролировать глаза и эрекцию. Как они вообще живут со всей этой фигней в голове?! Это же просто кошмар.

Детектив ждал меня на веранде, ровно на том месте, которое я занял вчера. Я не любил, когда мое место занимают, начинал бурчать ОКР. Но в этот раз я заставил себя улыбнуться и помахал ему рукой.

Я сразу понял, что это он. В принципе, определить это оказалось несложно. В закусочной сидела только парочка старшеклассников и, непосредственно, детектив. Молодой мужчина, лет так 30-35 на вид, гладко выбрит, с длинными непослушными волосами, что торчали во все стороны. Большие глаза, с почти незаметным азиатским разрезом, голубая рубашка с закатанным рукавом, в руке чашка кофе.

– Детектив Терада? Добрый день! – поклонился я.

– О, я полагаю, Рио Икари! Прошу, садись, – улыбнулся он.

– Как кофе? – спросил я, только чтобы показаться вежливым.

– Дерьмовый, – заявил он.

Я никогда не понимал, как кофе может быть плохим или хорошим. По мне, черный кофе может различаться только крепостью. Турецкий крепкий, растворимый слабый. А так все одинаковое, черное и сладкое.

А тех, кто выбирает какой сироп сегодня добавить в кофе, да с какой пенкой, я бы вне очереди на плаху ставил.

– Да, мой друг вчера точно то же самое сказал, – согласился я, присаживаясь напротив. – Пожалуй, тоже закажу.

– У тебя перерыв, Икари? Большая перемена? Заказывай что хочешь, я оплачу, ведь все-таки я забираю твое время.

– Тогда закажу никудзягу. (Слава рогатым богам, в Японии есть картошка с мясом, пусть и название как у конструктора).