Тен-Тен пишет роман (СИ)
- Автор: Митэй Тиль
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Тен-Тен пишет роман (СИ)». Краткое содержание книги:
И тем не менее она собиралась прожить так всю оставшуюся жизнь. Кто виноват, что ее мечты были столь эгоистичны? Следовало отказаться от них, чтобы защитить семью, и, делая выбор между собственным счастьем и счастьем тех, кто ей дорог, выбрать последнее. Как человек, который испытывает страх и ненавидит себя за это, вдруг нарочно кидается первым в атаку на врага, чтобы наказать себя и бросить вызов собственной слабости, так и Кенара наказывала себя за несовершенство и боролась со своей сутью. Она не могла принять некоторые стороны своей личности, не могла принять себя эгоистичной, равнодушной, неверной, неблагодарной, ей лучше было оставаться несчастной, чем плохой. Итак, между любимым делом и семьей Кенара выбрала семью, потому что семья — это живые, дорогие ей люди, и, не умея кривить душой, собиралась придерживаться этого выбора до конца.
В один из морозных февральских вечеров куноичи сидела в гостиной на диване, разложив на столике перед собой содержимое походной сумки, и тщательно и аккуратно укомплектовывала ее, готовясь к завтрашней миссии. Номика полулежа примостился рядом и читал вслух недавно выписанный из Страны Земли биографический роман «Люди тверже камня», посвященный трем Цучикаге.
— Номика, — вдруг тихо произнесла Кенара, оборвав его на середине фразы.
Тот сразу же перестал читать и, опустив книгу, внимательно посмотрел на жену. По ее голосу он понимал, когда речь пойдет о чем-то серьезном.
— Ты счастлив со мной?
— Да, я считаю себя самым счастливым человеком на свете, — ответил он.
— Но разве все твои мечты исполнились? Ведь ты когда-то хотел большую семью? — Кенара повернулась к нему и, слегка нахмурившись, смотрела ему в глаза.
— Так Сейджин все-таки завел эту тему? А ведь я запретил ему смущать тебя…
— Ты говоришь так, будто это мне восемь, а ему — двадцать семь.
Номика вздохнул и отложил книгу в сторону. Он сел рядом с Кенарой и взял ее за руку, поместив свои пальцы между ее пальцами.
— Пожалуйста, не беспокойся об этом. Я умею ценить то, что у меня есть, и не страдать о том, чего у меня никогда не было, — он нежно улыбнулся, отчего возле губ его появились добрые морщинки.
— На самом деле я согласна с Сейджином, — собрав все свое мужество, произнесла Кенара, — сейчас самое лучшее время, чтобы родить второго ребенка.
Лицо Номики просияло, он крепко сжал ее руку. Горячая радость заливала его сердце, не оставляя места ни тревогам, ни сомнениям. Номика хорошо знал Кенару, он помнил, как она переживала в период беременности и малолетства Сейджина, и чувствовал, что она идет на уступки и действует, исходя из необходимости, а не собственных желаний. Однако он считал своим долгом помочь ей перешагнуть через эгоистические соображения и решиться дать жизнь еще одному новому человеку, потому что знал, что она полюбит его всем сердцем, как Сейджина. Как учитель подбадривает ученика, не решающегося сделать прыжок через ущелье, так и Номика действовал в отношении Кенары, потому что верил, что она станет сильнее, преодолев свои страхи.
— Я счастлив, — шепнул он, ища губами ее шею, но едва успел коснуться ее, как раздался стук молотка в дверь.
Это была Инари. Иногда она заходила навестить внука, реже приносила какие-то новости, чаще всего ей требовалось обсудить какой-нибудь вопрос с зятем, посоветоваться или успокоиться во время разговора с ним. Вот и теперь госпожу Старейшину переполняли эмоции.
— Сегодня ко мне пришел Торойя и попросил освободить его от обязанностей чунина: он переезжает в Коноху! Как вам такое?
— Он собирается перейти на службу в Деревню Листа? — спросил Номика.
— Когда я задала ему этот вопрос, он так и не ответил мне прямо, но думаю, так и есть.
— Наверное, они с Джи-Джи решили пожениться, — заметила Кенара. — Тогда он не мог поступить иначе.
— Как это не мог?! — возмутилась Инари. — Или Деревне Звездопада уже не нужны толковые медики?
— Здесь меньше перспектив для них обоих. Если Торойя и Джи-Джи собираются развиваться, как шиноби, им лучше жить в Конохе, — у Кенары было слишком плохое настроение, чтобы сглаживать острые углы, и она сказала именно то, что думала, хотя знала, как отреагирует тетя.
Номика вздохнул и потер подбородок, чувствуя, что может разразиться буря.
Глаза Инари загорелись недобрым светом.
— Если все станут так думать, у нас и не будет никаких перспектив! Не будет будущего… Шиноби Звездопада должен понимать такие вещи. Возрождение нашей деревни зависит от каждого из нас. Даже ты не сбежала отсюда, когда тебя приглашали в РЗО!
— Я отказалась вступить в АНБУ, чтобы быть вместе с семьей. Торойя переедет в Лист из тех же соображений.
— С семьей… — проворчала Инари, принимая от Номики стакан с чаем. — Звездопад должен был быть его домом и семьей. Молодежь разбегается, что мы будем делать… Не представляю, что нас ждет.
Госпожа Старейшина была так подавлена этими мыслями, что не стала ломать копья и продолжать спор.
— Мы вырастим и выучим новое поколение, — сказал Номика. — Наши связи с Листом и Песком укрепляются, не думаю, что Звездопад перестанет существовать, наоборот, содружество усилит его.
Инари вздохнула, отпила чай и решила сменить тему, чтобы не бередить свои раны.
— Вы не получали письмо от семьи Симидзу? — спросила она.
— Вчера получили, — ответил Номика. — Дедушка Ото мечтает повидать Сейджина этой весной и пишет, что не дотянет до лета.
— Он каждый год так пишет, — проворчала Инари. — Впрочем, Сейджину будет интересно снова побывать в столице.
— Лично я никуда не иду, — хмуро заявила Кенара.
Симидзу Ото был приемным отцом Тэйкена, отца Кенары. Имелись у него и родные дети и внуки, притом в большом количестве, но он не забывал и о семье Масари. Кенара бывала в доме Симидзу в общей сложности пять раз: четыре раза в детские и юношеские годы в компании Нинаки и однажды вместе с Сейджином и Номикой. Эта семья был слишком шумной и многочисленной, поэтому Кенара навещала их с большой неохотой и исключительно из уважения к отцу и дедушке Ото. Но ездить туда каждый год — это было слишком! Поэтому еще в прошлый раз она договорилась с Номикой, что следующая поездка состоится без нее.
Сейджину и Номике там нравилось.
— Мы попутешествуем вдвоем. Поэтому я собирался попросить вас предоставить мне отпуск в апреле.
— А мне в кои-то веки можно взять долгосрочную миссию.
— Все ваши пожелания я учту, — ответила Инари. – Сейджин, я так понимаю, по-прежнему строго соблюдает режим и уже улегся спать? Передавайте ему мой привет, впрочем, завтра мы с ним увидимся.
С этими словами госпожа Старейшина покинула дом Ио-Масари.
Казалось, что Казука медитирует, но на самом деле он принимал сообщение от одной из групп АНБУ. Команда остановилась на небольшой полянке у запруды, окруженной ивами. Ясное солнце стояло высоко в безоблачном небе, лаская свежую листву, лишь недавно вырвавшуюся из почек. Было тепло, пахло свежестью. Неджи испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие, просушив наконец обувь после путешествия по болотистой местности. Он сидел на траве и штопал прохудившийся жилет, делая такие мелкие и аккуратные стежки, которым позавидовал бы любой элитный портной в столице. Закончив работу, вытянув жилет на руках, Неджи внимательно осмотрел его и остался доволен результатом.