Волшебный вкус любви

— А теперь? — спросил он, и я снова попробовала.

— Лучше, — сказала я удивленно. — Вот уж не думала, что вино может настолько улучшать вкус мясного бульона. Это добавляет пикантности, и уверена, что сливки не будут чувствоваться так сильно.

Мы мигом взбили стакан сливок, подмешали в суп и еще раз попробовали.

— От этого супа будет немного кружиться голова, — сказал Богосавец. — Легкая эйфория в весеннем меню — то, что нужно.

— Не хватает остроты, — я попробовала еще ложечку.

И в самом деле — получилось необычно, но потрясающе вкусно. Всего-то огурцы, зелень, мясной бульон, вино и сливки. Пять составляющих, а какой результат!

— Можно варить бульон с острым перчиком, — предложил шеф.

Мы провозились с супом почти до утра, то споря, то соглашаясь друг с другом. Новые идеи проверялись опытным путем, что-то отметалось, что-то дорабатывалось.

Наконец, шеф решительно закрыл чашку и объявил:

— Всё, надо хоть немного поспать. Завтра рабочий день, и никто не даст нам поблажки.

Это мимолетное «нам» обрадовало меня так по-детски, что захотелось даже попрыгать — как девочке, которой пообещали на новый год долгожданную куклу.

Богосавец как раз собирал ножи, чтобы положить их в мойку, но посмотрел на меня — и остановился.

Я тоже остановилась, хотя как раз хотела унести остатки продуктов в холодильник.

— Подойди, — велел Богосавец, не отрывая от меня взгляда.

Не выпуская из рук пластиковый контейнер, где уже лежали огурцы и зелень, я подошла к шефу, не понимая, что такое случилось.

Мы стояли рядом, и мне приходилось задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Богосавец вдруг поднял руку и взял меня за подбородок, проведя большим пальцем по моим губам.

Изо всех сил вцепившись в контейнер, я смотрела в серые глаза шефа, пытаясь справиться с предательской дрожью в коленках и опасным головокружением.

Неужели… неужели…

Вот сейчас…

Поцелует…

— Вся в сливках перепачкалась, — сказал Богосавец и отвернулся, собирая ножи. — Точно — котенок.

Я почувствовала себя глупо и тоже отвернулась. И даже зажмурилась на секунду, окончательно приходя в себя.

Размечталась.

Услышала «нам» — и размечаталась.

Вот ведь дурочка.

Мы убрали в кухне, выключили свет и вышли в холл, где нам предстояло разойтись.

— Спокойной ночи, — пожелал Богосавец, и голос у него и в самом деле был спокойный.

— Вы к себе или как?.. — спросила я, не глядя на шефа.

— К себе. В кабинет.

— А-а… — протянула я и пошла вверх по лестнице, в комнату отдыха.

Блин. Ведь до сих пор не нашла квартиру. А месяц промелькнет — оглянуться не успеешь.

— Даша, — позвал Богосавец, когда я была уже на пятой ступеньке.

Я оглянулась, ощущая неловкость во всем теле — как будто и руки и ноги, и шея были на шарнирах, и шарниры эти поскрипывали при каждом движении.

— Что? — прошептала я.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а потом Богосавец усмехнулся и покачал головой: