Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Марте почему-то не понравились три аккуратно заполненные машинописные страницы, которые я подсунула ей под нос, как только она появилась. На упомянутых страницах я выписала аккуратно, по пунктам, в хронологическом порядке все известные нам реальные факты, а рядышком фигурировали они же, вплетённые в фабулу сценария. По-моему, все это выглядело впечатляюще, и Mapта явно была потрясена, вот только зачем так кричать?

— Что ты мне суёшь, что суёшь? — вопила соавторша. — Совести у тебя нет! Неужели не соображаешь — сейчас я не в состоянии соображать?! Что?! Подряд два «соображать»? Она ещё издевается! Ну почему я такая невезучая? Вот у тебя все есть, и дети есть… Есть или нет? Вот видишь! И мне бы тоже хотелось! Неужели ни один мужчина не в состоянии переварить мои казино?! Ну что в них плохого?.. А это тебе Витек сообщил? И ты уверена, что поджигал Пащик… нет, Пентак или, как его, Плуцек?

Дети вперемешку с Плуцеками и Пащиками меня не смутили, я прекрасно понимала Мартусю и не обижалась.

— Прочти все спокойно и продумай. Хорошо бы до того, как придёт Бартек, чтобы обсудить с ним…

— Ах, так он все же соизволит появиться? Говорил мне что-то по телефону, пришлось притвориться, что себя не помню от злости. Так он придёт, ты меня не разыгрываешь?

— Интересно, куда же ему идти? Во Дворец культуры? Ты же его и на порог бы не пустила.

Марта все же плохо соображала.

— При чем здесь Дворец культуры? Что ему там делать? Хотя и там есть казино. Значит, придёт к тебе? Тогда прощай, я ухожу. Нет, наоборот, ни за что не уйду, даже если бы ты принялась выгонять меня пинками! А почему пивом не угощаешь? Дома не было, на работе, сама знаешь, не держат…

— У меня остались две последние банки. Бартек обещал привезти.

— Тогда тем более не уйду, и не жди!

— Но пиво получишь при одном условии.

— Каком? — насторожилась Марта.

— Будешь есть сосиски в хреновом соусе, я не рассчитала, получилась прорва, одной не справиться.

Вот по какой причине и перед Бартеком стояла тарелка с сосисками. Как я уже сказала, он явился почти без опоздания, а я очень хорошо помнила правило: голодный мужчина не человек, сытый же расслабляется и идёт на всяческие уступки.

Поначалу я собиралась сразу же оставить их одних, удалившись в кухню под предлогом помешивания сосисок, которые вовсе в этом не нуждались. Готовила я их в большой огнеупорной кастрюле с непригорающим дном и соус сделала пожиже. Из моих планов ничего не вышло. Оба, и Бартек, и Марта, немедленно потащились за мной в кухню, явно не желая оставаться вдвоём, и потребовали обещанных сосисок. Пришлось разложить угощение по тарелкам и возвращаться в гостиную.

Не знаю, был ли Бартек голоден, однако закон природы себя оправдал. Уже за едой он перестал каменно молчать и сдавленно прочавкал:

— Я так на неё разозлился, что себя не помнил от злости и чуть было не укатил в Краков, но сейчас малость отпустило.

Это было сказано мне. А потом он обратился к Марте: