Сакура-ян [10 глав]

— Вот. — поворачивается теперь уже к ЮнМи ЧжуВон. — Слышала? Твоя проблема будет решена в ближайшее время. А ещё мы обратимся к руководству «Анян» с просьбой взять тебя под особый контроль. Как ценную для страны личность, имеющую международные награды.

— Думаю такая фраза будет правильной, господин адвокат. — говорит он, снова обернувшись к своему спутнику.

— Да. Это действительно очень хорошая формулировка. — с готовностью соглашается тот.

— Всё решится наилучшим образом. — снова обращаясь к ЮнМи, говорит ЧжуВон. — Будь сильной, ведь проделан уже долгий путь, но запомни, это лишь начало. Давай изменим весь мир. И в одном я убеждён точно, — этот мир прекрасным сделать может один лишь человек и это ты.

— Что это за бред ты только что сказал? — сморщившись, спрашивает «украшательница мира».

— А что не так?

— Звучит отвратительно пафосно, словно взято из какой-то дешёвой дорамы!

— Почему — «словно»? Из дорамы. Только не дешёвой, а очень дорогой — «Цветы распускаются». Сейчас все её смотрят. После этих слов главная героиня поверила в себя и всех победила. Я специально запомнил фразу, чтобы посмотреть, как она подействует на тебя.

ЮнМи вперивается единственно нормально работающий глазом в спокойно смотрящего на неё ЧжуВона.

— Ты прикалываешься, или действительно — серьёзно? — так и не поняв, спрашивает она.

— Это была моральная поддержка. Напоминание о том, что есть люди, которые на твоей стороне. Тебе нельзя их подвести. Ты поняла?

— Поняла. — нахмурившись, отвечает ЮнМи.

— Вот и отлично. Делай то, что я тебе говорю и всё будет хорошо. Больше никаких драк, участвуй в общественной жизни исправительного учреждения, зарабатывай социальные балы. Я соберу подписи и передам их правительству в «Голубой дом». Ты в этот момент напишешь прошение на имя президента о помиловании, плюс положительная характеристика с места отбывания наказания и всё это вместе подадим на рассмотрение. Уверен, сработает и решение будет положительным…

— Ну, что ещё? — спрашивает ЧжуВон, видя, что ЮнМи замолчала и не торопится отвечать.

— Не буду я ничего писать. — неожиданно спокойно заявляет та. — Никакого прошения о помиловании.

ЧжуВона от такого заявления берёт оторопь.

— Ты чего? — не понимает он. — Как без личной просьбы может быть рассмотрение? Нет запроса, нет ответа. Это ведь техническая процедура?

ЮнМи молчит, рассматривая собеседника.

— Решила показать обиду? Я понимаю, но сейчас не время для этого. Это же пять лет твоей жизни. Ты готова обменять их на своё уязвлённое самолюбие?

ЧжуВон с вопросом смотрит на ЮнМи.

— Не буду я ничего писать. — ещё помолчав, спокойно повторяет та. — Правительство ни разу хотя бы просто не поблагодарило. Ни за концерт в сунын, ни за корейских исполнителей в «Billboard», ни за успех в Японии и Франции. А я должна унижённо просить, а потом ещё благодарить, если они — соизволят. Фигу им, а не прошение! Если президенту неудобно — пусть сама решает свои проблемы. Так же, как обошлась без меня, засовывая в эту тюрьму. Захочет, — справиться.