Письма и дневники [litres]
- Автор: Станиславский Константин Сергеевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-119743-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Письма и дневники [litres]». Краткое содержание книги:
Праздничные (бабы носят большие коты, а девки полуботинки).
Лапти – летом и зимой, но зимой войлочные онучи белые. Бабы перекрещивают черными шерстяными тесемками и молодые мужчины тоже. Старики веревками.
Валенки. Опорки (калоши с кольцами).
Спички-сернички в выемке в печи. Закуривают о печь.
Берут вымытое белье, опрыскивают, наматывают на скалку, катают вальком по столу (вместо утюга), складывают и убирают в сундук под кроватью.
Матрена приходит, крестится, потом поклон Анисье, рукавом утрет губы, но верхнего платья не снимает, это неприлично. Даже верхний платок снимается снаружи, у теленка, и входит с платком, перекинутым через руку.
Общее замечание: при игре крестьянских ролей – мало жестов и много интонаций голосом, мимикой, ртом.
Телята в избе – зимой (около рождества, масляной).
Кур сажают высиживать к весне.
Шьют, вощить – по губам проводят ниткой, под себя подгибают ту вещь, которую шьют, или прижимают ее к столу коленкой. Шьют первым и вторым пальцем и протыкают иглу вторым пальцем (концом). По окончании иглу затыкают на груди и обкручивают ее ниткой.
Особым образом складывают платок, держат в руке, гладят его и утирают губы.
Если под полушубком есть какая-нибудь верхняя одежа, тогда гость может снять в комнате полушубок. В противном случае – невежливо. Хозяин может сидеть в одной рубахе (жилет по праздникам и у богатых).
Прически женщин. Две косы, внизу они связаны кусочком ситца. Волосы квасом смазаны. Волосы на уши. Косы крест накрест и концы вперед на голову. Платок ситцевый на уши и завязывают сзади. Вместо этого платка – можно шлык (повойник). Сверху платка или шлыка – другой платок.
Девки – одна коса в четыре – семь прядок, на конце – кусок ситца. Коса всегда висит. Один платок. На лбу волосы не должны быть видны. Платок выступает «лодкой»…
Акулина как девка не касается печи и хозяйства. Если в хороших отношениях, то могла бы помочь мачехе…
Девки прядут и работают на себя, не на других. Они живут, пока замуж не выходят. Дом не считают своим. Девки стирают, белят холсты.
«Верги вертят». – После прядения остается хлопок, его крутят руками.
Даже мужу с женой считается стыдом поцеловаться. Женщина с женщиной редко, но целуются…
Заводить часы.
Анютка прибежала со свистулькой.
Мальчик учится щелкать кнутом.
Маленький мальчик несет большую девицу.
Старуха выносит золу – выбрасывает ее и возвращается с железной лоханкой.
Игра в бабки, лапту.
Проезд в скрипучей телеге.
Проезд с сохой, бороной.
Проезд верхом мальчика.
Проводит лошадь.
Анютка играет в углу в куклы из тряпок.
В третьем акте темнеет и зловещий свет от топящейся печи.
Когда в избе темно, кто-то с фонарем ходит по двору и ставит фонарь на окно, вошел в сени.
Когда в избе темно, кто-то идет со свечой в холодную, полоса света из двери ее в сенях; Никита на дворе рубит что-то…
Бабы не подбочениваются, как обыкновенно в театрах (рука к щеке); они прикладывают руку к подбородку и гладят его нижней частью сложенных вместе плоско пальцев (со стороны ладони)…
Мужики и бабы живут как-то сами по себе. Говорят больше с собой и не смотрят на говорящих с ними.
«НА ДНЕ» ГОРЬКОГО
Мотивы декораций и костюмов. Смотри альбом, коллекцию Горького (фотографии и рисунки)196.
Пьяные крики и возгласы в коридоре.
Сзади на нарах играют на балалайке и на гармошке.
Пьяные голоса сзади спорят. Иногда ссорятся и вскрикивают.
Ноги оборванцев в окне.
Дождь по лужам бьет и по каменной крыше.
Водосточная труба гудит.
Дождь виден в окне.
Снег в окне.
Игра в орлянку.
Игра в ремни.
Игра в шашки и в карты.
Переписчик.
Проносят бутылку с водкой.
Собака в окне.
Собака на веревке (продают).
Женщины причесываются.
Крик ребенка. Возятся и дерутся за насиженное место.
Крик разносчика. Капает из трубы.
Татарин на молитве. Кто-то сильно храпит, кто-то кашляет.
[«С РАННИХ ЛЕТ В НЕМ СКАЗАЛАСЬ ЛЮБОВЬ К ТЕАТРУ»]
С ранних лет в нем сказалась любовь к театру. Еще не побывав в нем, он уже под впечатлением рассказов о театре представлял с своими сверстниками балеты и мелодрамы, развертывая в них свою детскую фантазию. Старое платье матери, изношенная отцовская шляпа, пестрый платок няни составляли его театральный гардероб, а собственники их – отзывчивую публику, терпеливо и ежедневно смотрящую все один и тот же спектакль, ежеминутно прерываемый все теми же пояснениями или дополнениями новых вариантов.