Электронная книга - «Испорченный ребенок (СИ)». Краткое содержание книги:
Секунды капали — и прямо мне на макушку, как при пытке капающей водой.
— Скажи хоть что-нибудь, — нейтральным тоном озвучил я, внутренне кипя от накопившейся злости.
Динамик зашуршал, последовали гудки, и телефон показал мне фон экрана блокировки. Истеричка… Я сердито сунул мобильный в карман, чуть не выронив его на пол, возвратился в зал…
У подножья основного пилона скопилась небольшая толпа, смеющаяся и улюлюкающая. Положив затылок на подиум, в окружении официанток и танцовщиц больше сидела, чем стояла Даян. Над ее головой на коленях нависла ковбойша: под ритмичные подбадривания посетителей и коллег она тоненькой струйкой выливала алкоголь из бутылки на левую грудь, и выпивка, стекая по накладке на сосок, попадала прямо в распахнутый рот Даян. Практикантка с бульканьем рассмеялась, чудом не удавившись, убрала голову, но не уберегла одежду, в которой сегодня преподавала — и на которую в данный момент ей, очевидно, было полностью плевать.
— Жвачка! — выкрикнула Даян и схватила меня за руки. — Ковбойша пахнет жвачкой!
***
На родном крыльце я оказался глубокой ночью. Тонкие зазоры меж штор роняли на траву полосы света. Совершенно трезвый, но измотанный приключениями, я искал в карманах ключи, пока не вспомнил, что отдал их Вельту. Вошел в дом через незапертую дверь.
Из-за спинки дивана показалось встревоженное лицо крестника. Отложив планшет на журнальный столик, он по-домашнему просто сказал:
— С возвращением.
Его незатейливыми словами, мягким голосом и проникающим сквозь кожу, мышцы и ребра взглядом я был обезоружен. Тяжелой походкой я преодолел расстояние до дивана, сел на подлокотник, вполоборота повернулся к Вельту, перебравшемуся ближе.
— Ты ел?..
Он кивнул, моргнул и продолжил потрошить меня большими кошачьими глазами.
— Ты прости, что я так поздно… Решили встретиться с… другом. Но сперва в одном месте были, потом зашли на ночной показ фильма в бывший театр, а… этот друг еще в первом заведении напился, в театре заснул, и мне пришлось перекопать его карманы, найти документы, в них — адрес, и доставить его домой.
— Ну и ну, — согрел меня улыбкой Вельт, — впечатлений масса.
— А то… — Я хотел смолчать, однако изнутри меня клевали хищные птицы. — Этот друг — женщина. Но мы не спали и не будем.
— Спасибо, — простодушно ответил он, не теряя искренней улыбки.
— А место, в котором мы сначала были… стрип-клуб.
— И как там?
— Ты серьезно хочешь знать? — поразился я. — Тебя не волнует, что я весь вечер был в обществе женщин?..
— Волнует, — повесил нос Вельт, — но я же не могу запретить тебе развлекаться из-за того, что ревную… Ты к себе никому не позволял прикасаться? — вновь поднял он ясные глаза.
— Никому…
— Тогда все в порядке.
В благодарность я погладил Вельта по щеке, и он счастливо опустил веки.
— Почему ты мне веришь?..
— Не знаю, — пожал он плечами, потираясь о мою ладонь нежной щекой — ластясь, как котенок. — Потому что ты — Дэм. Мне этого достаточно.
Я спустился с подлокотника; зашуршал пиджак, пропитанный аппетитными запахами из стрип-клуба, но ни один из них не мог перебить аромат молочного шоколада. Не глядя я повесил пиджак на спинку дивана, заключил обе щеки Вельта в тепло своих рук, приблизился к нему, глядящему на меня снизу вверх, и осторожно коснулся лбом его лба.
— Ты — ярчайший лучик света в моей жизни… — вполголоса произнес я, спускаясь к его несомкнутым губам.
Вельт отвечал на пока еще невинный поцелуй, оплетал руками мою шею, сминая воротник сорочки. Он подобен хищному растению: сладким ароматом приманивает жертву, красотой цветов заставляет потерять бдительность — и опутывает с ног до головы… Я протолкнул язык в рот Вельта — и встретился с его, небольшим, юрким и ласковым. Крестник прижался ко мне, я выпрямил спину и, поддержав его под бедра, взял на руки. Он отстранился от губ, но лишь для того, чтобы кончиком языка пройтись полукругом по моему правому уху, томно выдохнуть в шею, поцеловать и ее!..
Уже туго соображая, я нес Вельта через спальню в ванную комнату…
========== Глава 25 ==========
В ту ночь мне не нужно было ничего, кроме прикосновений Вельта. Кроме аромата шоколада, перебивающего не только искусственные запахи из стрип-клуба, въевшиеся в рубашку и брюки, но даже мысли, разумные предостережения, которыми я дышу ежедневно — пока не оказываюсь в обществе Вельта.
Усадив крестника на борт двухместной ванны, я вдавил пробку в слив, включил теплую воду. Пальцы Вельта расправлялись с пуговицами моей рубашки завораживающе быстро и ловко, я же на секунду ему помешал, стянув с мальчонки футболку. Под шум наполняющейся ванны я опустился перед Вельтом на колени, оцеловывал каждый сантиметр его льнущего к моим губам тела, за спиной избавляясь от рубашки, сжавшей манжетами запястья. Терпение кончилось — я рывком стащил ее! — оторвалась одна пуговица, покатилась по полу, — и швырнул к дальней стене. Вельт проводил рубашку на удивление голодным взглядом, словно увидел в ней сорвавшуюся с небосклона звезду, кою просто обязан был раздобыть. Я не желал, чтобы он смотрел хоть куда-то сегодня, кроме как на меня. С несвойственной мне хищной страстью я впился в его губы, вновь языком пробрался в жаркий рот! Постанывая от удовольствия, Вельт обхватил меня вокруг шеи, приник грудью к груди.
Вода перелилась через бортик, намочила не только наши босые ноги и пол, но и до неприличия короткие шорты по-прежнему сидящего Вельта. Не отрываясь от лобызаний, я вслепую дотянулся до крана, выключил воду. Только сейчас я отдаленно услышал шепот нестерпимых желаний — причину, по которой вообще затащил Вельта в ванную, уволок будто добычу в пещеру. Я хотел касаться его, не заниматься сексом!.. АГР, ЛЖЕЦ! Ну разумеется, я едва сдерживаюсь от того, чтобы взять его! — но готов связывать себе руки и дальше, в то время как без прикосновений, без контакта кожи с кожей, задохнусь неназываемыми чувствами, бушующими в кипящей крови… Я стремился испытать то же умиротворение, что в нашу первую ночь наедине: прижимать его, обнаженного, к себе, чувствовать всем телом…
Поднявшись, я расстегивал брюки — Вельт неотрывно смотрел на меня, облизывал взглядом всякое движение пальцев. Стоило штанам оказаться поодаль на полу, Вельт соскользнул с бортика ванны, будто незримая сила толкнула его на колени. Отшатнувшийся машинально, я успел упереться ладонью в закрытую дверь; кажется, вовсе потерявший рассудок от вожделения, Вельт обхватил мои бедра, прижимался к ним влажными губами, вспарывающими кожу ярчайшими вспышками совершенно неправильного удовольствия, поглаживал через ткань налившийся кровью член. Мне нравилось видеть его на коленях… Моя тяжелая ладонь примяла непослушные волосы у него на макушке. Вельт потянул резинку моих трусов вниз — напряженный член отпружинил, вскользь задел, надеюсь, неопытного, а может, просто дурачащегося мальчишку по носу, и Вельт с приглушенным стыдливым смешком провел по члену вертлявым языком, быстро вырисовывая волнистые узоры от основания к уздечке.
Я побоялся сорваться: слишком счастливым и согласным на все Вельт выглядел. Потому бережно его оттеснил, избавился от белья и залез в ванну — новая щедрая порция жидкого стекла выплеснулась на кафель, когда я по плечи опустился в теплую воду. Хочу ласкать его… Обниму, поцелую, ощущая всем телом его, такого легкого, нежного, трепетного, помогу снять напряжение, — и кончив, вымотанный Вельт поддастся сонливости, не станет настаивать на большем. Выносливости у него никакой. Таков был мой план, простой и четкий. Я не учел лишь одного. Не принял во внимание самого Вельта…
Мне не потребовалось звать его. Словно привязанный ко мне невидимой резинкой, натянувшейся до предела, как только я отдалился на пару шагов, Вельт подступил к ванне, до безумия очаровательно смущаясь, разделся тоже догола. Осторожно перебираясь через бортик ванны, он предпочел не смотреть на меня и повернулся спиной, идеально очерченными мягкими ягодицами, которые я тотчас пожелал сжать — стоит руку протянуть, буквально!.. Шум потревоженной воды усиливался эхом, как и наше с Вельтом потяжелевшее дыхание, как и его проникновенный нежный голос: