Между Сциллой и Харибдой
- Автор: Зеленин Сергей Николаевич
- Серия: Я - Ангел #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Reanimator Extreme Edition
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Между Сциллой и Харибдой». Краткое содержание книги:
Сказать по правде – невероятно странный главный герой получился у афффтыря! Попав в эпоху НЭПа и обнаружив её сходство с нашими «лихими 90-ми», он бежит с инфой об послезнании не к Сталину – а к американскому профсоюзному деятелю, дружит не с Лаврентием Берией – а с Слащёвым-вешателем, перепевает не Высоцкого – а «Ти ж мэнэ підмахнула»…
Хм, гкхм… Российскую попсу 80-90-х годов.
Что за игру ведёт ГГ – решительно отвергнув все классические попаданческие каноны? Неужели он хочет не спасти СССР, а внутри «Красной империи» построить свою собственную – «теневую» промышленную корпорацию?!
Впрочем – читайте и сами всё узнаете.
– Всегда очень приятно иметь дело с единомышленником.
Далее, после располагающей к максимальному доверию пустопорожней трепотни и вопросов не имеющих отношение к делу, разговор с хозяевами-нэпманами, управляющими или арендаторами – вёлся в таком конструктивном ключе:
– У «Отдела по борьбе с экономическими преступлениями и саботажем», «Объединённого Государственного Политического Управления» – такой к Вам вопрос: почему так малы налоговые отчисления от вашего заведения? Вам что-то или кто-то мешает? Что нужно нам с вами предпринять, чтоб повысить его рентабельность и соответственно – налогоотдачу?
Почти все на первое место ставили невозможность работать по ночам, а если кто-то не ставил – то я ему подсказывал.
– До революции наш ресторан работал круглую ночь. А здесь только «веселье» начинается, как приходится закрываться – иначе нарвёшься на крупный штраф.
– Вы обращались к кому-нибудь с предложением продлить время работы ресторана?
– Обращался. Но, знаете ли, это…
– Куда именно?
– В «Моссовет».
– К кому именно?
Обычно, ссылались на «забывчивость», но иногда называли Ф.И.О. вполне конкретной «аварии[13]».
– Что он Вам ответил?
Во всех случаях – ни ответа, ни привета.
– Почему Вы не обращались в органы ОГПУ? Ведь, не предоставление налогоплательщику возможности зарабатывать – есть государственное преступление должностных лиц!
Кто-то оправдывался, большинство просто молчит потупив очи.
– И сокрытие преступления – тоже есть преступление перед народом!
Тут уж, нэпманы обычно начинали заметно беспокоиться и слегка «дёргаться».
– Однако осознание собственной вины, чистосердечное раскаивание в содеянном и готовность сотрудничать с правоохранительными органами…
– Я готов!
– Не сомневаюсь. Раз готовы с нами сотрудничать, пишите заявление: «Я, имярек…».
Однако около половины предпринимателей, видно имея какой-то отрицательный опыт такого «сотрудничества» – несмотря ни на что, отказывались писать донос на «Моссовет». Форма отказа была самой разнообразной: от категорического «не буду!» – до классического падения в обморок.
Тогда я, раскинув «пальцы веером»:
– Что-то как-то не по понятиям получается, гражданин нэпман! Мы, за ваше же бабло – анус рвём себе и людям, а Вы за собственные же кровные – не желаете его слегка напрячь?
Трясётся весь, зубами «танец с саблями стуча» и, молчит – как совой об пень.
Чуть ли не по слогам, с нажимом на каждое слово:
– Положим мы с нашей «конторой», добьёмся для Вас неограниченного рабочего дня… Вы будете со спокойной душой дополнительную прибыль получать и, про нас – даже не вспомните?
Наш российский предприниматель весьма догадлив и, после этих слов – тут же стремительно бросается с сейфу, выгребает из него все (или почти все) наличествующие денежные знаки и с превеликим почтением «горкой» кладёт передо мной на стол – если он имелся, конечно. Если стола не было – деньги охапкой суются в руки:
– Да, как же так – «не вспомню»?! Всегда про вас помним и готовы поделиться в случае…
Очень редким недогадливым же, приходилось говорить в открытую:
– …И не поделитесь за труды наши тяжкие? ОГПУ не любит неблагодарных.
В таким местах Миша доставал из портфеля какой-нибудь инструмент – видом «побрутальнее» и внимательно его рассматривал.
Однако, повторяю: последних был – всего один-единственный ничтожный процент.
С холодной брезгливостью перебрав банкноты, смотря в глаза, говорю:
– Ты меня не понял, нэпман… Я мзду не беру – мне за державу обидно! Поэтому сверни все эти червонцы трубочкой и, по одному – засунь себе в жирный зад.
Не обращая внимания на паническую реакцию:
– Пишите заявление, гражданин имярек, что после снятия ограничения «Моссовета» на продолжительность работы заведений общепита – готовы перечислять на указанный счёт три процента прибыли.
Ой, какие бурные проявления радости!
Не зная преамбулы, можно подумать – что по великой запарке, попал в бар «Голубая устрица».
Пока строчит, от усердия чуть ли не вывалив язык себе на плечо, поясняю:
– Это счёт исправительно-трудового лагеря (ИТЛ) в городе Ульяновск… Слышали про такой?
– С превеликим прискорбием… Нет.
– Ещё услышите! Это – экспериментальное учреждение для перевоспитания осуждённых по уголовным делам, устроенное совершенно на других принципах – чем я думаю, хорошо знакомые Вам «исправдомы» и «домзнаки».
13
«У каждой аварии есть фамилия, имя и отчество!», – говорил нарком железнодорожного транспорта Каганович.