Горгона. Начало пути

— Сьер Херомус вы вовремя, я знаю, что с вами приехали маги, может быть мы удержим стену. — Знахарка, как ни в чем не бывало, закончила последний стежок и резво встала, направляясь в сторону архимага. Не было слов ненависти, не укоряющего взгляда, Фиона смотрела открыто и дружелюбно, и только она знала, сколько сил пришлось потратить на то, чтобы сохранить невозмутимый вид при виде своего врага. Но знахарка понимала, что тот враг, вой которого слышен уже много часов страшней и ужасен даже тысячи херомусов и чтобы выжить нужно, забыть всю ненависть, хотя бы ненадолго. Архимаг довольно улыбнулся и положил свою руку на плече Фионе:

— Я рад вас видеть леди, мы разделаемся со всеми мертвяками, и не один волос не упадет с вашей головы.

Фионе стоило больших трудов, чтобы удержать и не сбросить ненавистную руку со своего плеча, мило улыбаясь, она с интересом смотрела, как в лазарет заходят несколько магов, видимо лекари. Она повернулась к архимагу и сказала:

— Я поднимусь с вами на стену, хочу увидеть, как сильнейший маг будет уничтожать нежить. Спокойно Фиона — уже себе говорила она — не так быстро иначе он поймет мою игру.

Но у архимага не мелькнуло ни грамма сомнения в расположении Фионы, он был уверен в своей неотразимости. В бою не принято уступать леди место и поэтому Херомус уверенным шагом пошел по лестнице наверх стены. Олары королевской конницы распределились по всей стене, тоже касалось и магов. Нежить уже не подпускали к стене, маги вычерчивали плетения, выкрикивали заклятья, по всей площади от стены до щита горели, обугливаясь, мертвые тела. Поток нежити поубавился, лишь три черных сгустка все также бились о щит и с жутким рыком топтали бредущих мертвяков или хватали бездушные тела и ели их, чтобы хоть как-то утолить свой голод. Твари хаоса всегда объяты облаком мрака и лишь вблизи можно рассмотреть их очертания. Херомус взошел на стену и, взглянув на подошедшую Фиону с гордостью раскинул руки, громко выкрикивая заклятье высшего круга. Его синий кафтан, вышитый серебром, затрепетал на ветру, а длинные с проседью волосы встали дыбом. И вот последнее слово заклятья сказано, и волна сильного ветра поднялась стеной, выгребая с поля боя все трупы. Словно огромное скребло прошлось от стены, до щита оставляя лишь черную взрыхленную землю. Далеко утащило заклятье мертвяков, но твари хаоса лишь оцепенели на мгновенье, когда оно проходило сквозь них и потом опять с нетерпеньем принялись биться о переливающийся щит.