Загадка для проклятого принца

— Не знаю такую, — ответил я.

— И про лорда Вилмора Шарского тоже не слышал? — снова задал вопрос Кейн.

— Нет. Никогда, — пожал я плечами. — А кто это?

Друг странно хмыкнул и поднялся из-за стола. Я последовал за ним.

Мы убрали подносы и вышли из столовой, а после направились на улицу. Только там Кен соизволил продолжить разговор.

— Дестер утверждает, что ты водил эту самую Агнару на свидания, — проговорил он. — И парень готов поклясться, что видел вас вместе в таких местах, куда ты точно с девушкой не сунулся бы. Обдумав всё, я нашёл два возможных объяснения. Первое: с той самой девушкой гулял некто, создавший твою личину. Прикрылся иллюзией, назвался принцем, запудрил наивной девчонке мозги. Соблазнил и бросил. Согласись, вполне возможный вариант.

— Точно. Это я Задохлику и расскажу. Уверен, всё так и было, — улыбнулся я.

От понимания, что теперь наш конфликт сойдёт на нет, на душе даже стало теплее. А гада, который додумался прикрываться мной, всё-таки нужно поймать. Нечего портить мою и без того не идеальную репутацию.

Вот только, судя по взгляду Кейна, у него были причины сомневаться.

— Есть второй вариант, — сказал он. — Я выяснил, что Вилмор Шарский был обвинён в государственной измене. За какие заслуги, пока узнать не удалось. Но давай просто представим, что тебя действительно переклинило на девушке, и этой самой девушкой оказалась дочь преступника. Как бы поступил его величество, узнав об этом?

— Ты на что намекаешь? — мне совсем не нравился ход его мыслей.

— Я не намекаю, а говорю прямо. Есть вероятность, Ди, что из твоей головы попросту стёрли воспоминания о неугодной особе. Ведь у твоего отца есть Ферн ‒ ручной менталист, который с ним неотлучно. И столь талантливому мастеру хватило бы сил даже не на такие манипуляции.

Едва в голове уложился смысл сказанных Кейном слов, и возникло дикое желание его ударить.

— Ты совсем умом тронулся?! Отец бы никогда на такое не пошёл! — прорычал я ему в лицо.

Кейнар открыл рот, явно собирался возразить, но тут же его захлопнул.

— Я безмерно уважаю его величество, — сказал он спустя почти полминуты тишины. — Но, может, всё-таки проверим? Думаю, стоит попробовать найти ту самую Агнару, или хотя бы её портрет. Поговори с теми, кто её знал. Или с твоими приятелями, которые могли видеть вас вместе.

Если я ошибаюсь, то ты только убедишься в своей правоте. Или даже найдёшь того, кто притворялся тобой. Я бы помог тебе, друг, но сам знаешь, что меня в ближайшие полгода за пределы академии не выпустят. А ты относительно свободен.

Я посмотрел на него с сомнением и отвернулся.

— Подумаю, — сказал тихо.

Даже от мысли, что могу заподозрить отца в такой дичи, мне становилось стыдно. Да, он у меня не подарок, строгий, со своими странными методами воспитания. Но вот в чём я никогда не сомневался, так это в его любви.