Жизнь, любовь, страдания
- Автор: Гусев Павел Павлович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Прочее юмористическое
Электронная книга - «Жизнь, любовь, страдания». Краткое содержание книги:
Старый Стул
Старый, облезлый Стул одиноко стоял в углу прихожей, с завистью смотрел на яркую гостиную с новыми, красивыми Стульями и вспоминал прошедшие годы:
– Когда-то я был на виду у всех, занимал в гостиной почетное место, меня навещали Старые Стулья и даже Табуретки – всем хватало места. Мы дружно жили. Да, видно, прошло то время. Теперь новые Стулья пожаловали, приглашают к себе только таких же, как они – лакированных и блестящих. А меня, старика, поставили в темную прихожую, чтобы никто не видел. Как бы я хотел еще раз побывать в гостиной, ну хотя бы на минуточку! Но нет, меня никто уже не пригласит, все говорят, что стар, – он вздохнул и грустно заскрипел.
Услышали его новые Стулья и ножками застучали:
– Да ты уже стал скрипеть на весь дом!
А потом и совсем отправили в чулан, а на то место, где он стоял, поставили мягкий тихий Пуфик.
Собака
Собака лаяла на Часы: ее раздражало тиканье маятника. Однажды она заметила, что если Хозяин посмотрел на них – значит, скоро ее покормит.
«Видимо, Часы дают указания Хозяину, а он их выполняет, – подумала Собака. – Значит, они – главные в доме…»
И Собака по-новому, с уважением взглянула на Часы, подошла к ним поближе и лизнула.
Роман
Толстый Роман стоял на библиотечной полке и говорил:
– Не проходите мимо! Меня много лет сочиняли. Читайте меня! Читайте!
Но никто его брать не хотел – подходили к тоненькой Книге и читали ее взахлеб.
Роман возмутился:
– На меня, красавца, никто не обращает внимания, а тощая, с помятыми листами Книжка идет нарасхват!
– Я тонкая, да полезная, – ответила она. – Мои советы всем нравятся. А ты – толстый и тяжелый, потому тебя не берут.
Задумался Роман: «Может, надо из меня, толстого, наделать маленьких книжек, тогда и я стану всем полезен?»
Скоро мечта Романа исполнилась: его кто-то взял, но зачем – никто не знает.
Печь
Печь решила завладеть всей поленницей и стала жечь дрова в прожорливой топке – березовые, еловые, сосновые… С каждым днем дров становилось все меньше и меньше.
Печь уже торжествовала приближающуюся победу.
Но тут в топку неожиданно попал молодой Дуб. Он долго не поддавался огню. Печь бесилась, мучилась и, в конце концов, с трудом подожгла его. Вначале Дуб горел слабо, потом разошелся. Пламя загудело. Оно было такое мощное, что выбило печную заслонку и вылетело в дом, уничтожая все на своем пути.
Скоро от дома остались лишь черный пепел и выжженная Печь.
Тряпка
Тряпка всю себя отдавала, ухаживая за Полом. Она его чистила, мыла, во все уголки заглядывала, чтоб не было на нем не только грязи, а даже пылинки. Ухоженный Пол сверкал чистотой, иногда недовольно скрипел, но ни разу не поблагодарил Тряпку. А она трудилась, обливаясь потом, то и дело выжимая из себя воду.
Однажды она заметила, что сильно изменилась. У нее истлели нитки, появились дыры.
– Как я постарела, – вздохнула Тряпка. – У меня уже не хватает сил, чтобы хорошо прибраться!
И правда: Полу такая Тряпка больше была не нужна. Ее бросили в чулан. И с тех пор она называлась Ветошью.
Неразборчивое знакомство
Светофор был свидетелем, как грузовик догнал изящную легковую машину, повертелся возле нее, а потом увязался за другой – объехал ее с одной стороны, потом с другой… Она ему мигнула фарой и неожиданно затормозила. Грузовик оказался прижат к ее багажнику. Зад у легковушки был в порядке, а вот перед у грузовика оказался разбит. Машина помигала ему фарой и скрылась, а грузовик со скрипом направился в починку.
Светофор долго возмущался:
– Вот к чему приводит неразборчивое знакомство!
Чемодан
В купе почтового поезда влез Чемодан из крокодиловой кожи.
– Какой красавец, какой попутчик! – восхитились Пузатые Мешки.
– Привет! – буркнул Чемодан и, растолкав Мешки, втиснулся в самую середину. Те хотели поздороваться, но не смогли – у них перехватило дыхание, так сильно он всех прижал и строго сказал:
– Не прикасайтесь ко мне – испортите кожу и повредите содержимое.
– Мы бы отодвинулись, но ты зажал нас, – ответили Мешки.
– Знаю я вас! – прикрикнул Чемодан. – Дай вам только волю – все навалитесь на меня.
И, хлопнув ручкой, отвернулся.
Когда поезд притормозил, Чемодан покачнулся, упал и раскрылся. И тут все увидели, что он пуст.
Сапог и Ботинок
Сапог стоял в углу, рядом с зачехленным ружьем, и возмущался:
– Едва отдохнешь – как опять по полям, по лесам бродить. А вон Ботинок, сосед мой, нос задерет и шастает только по паркету. Весь день красуется!