Наполеон III. Триумф и трагедия

Прежде всего учитель ввел строгий распорядок дня[193]: 6 утра — подъем, с 6 до 7 — прогулка (в том числе по горам), с 7 до 10 — занятия (французская и латинская грамматика), в 10.30 — завтрак, с 11.30 — уроки по арифметике, немецкому и греческому языкам, с 15.00 до 16.00 — занятия плаванием, с 16.00 до 18.00 — занятия по истории, географии, в 18.00 — ужин и прогулка, с 20.00 до 21.00 — повторение пройденного за день, и в 21.00 Луи шел спать, падая от усталости. После вольницы, какая была у Луи при аббате Бертране, жизнь с новым учителем стала непривычной и тяжелой. Леба был строг, но справедлив, не позволял лениться и заставлял много работать. Занятия занимали в день до девяти с половиной часов.

В первое время избалованный мальчишка всячески сопротивлялся, стал нервным и беспокойным. Леба полагал, что это связано с чрезмерными физическими нагрузками от занятий верховой ездой, плаванием и танцами. Он запретил все эти занятия (позволялось только плавание), и в последующем его единственной нагрузкой были прогулки с учителем, в ходе которых он также получал знания по астрономии и ботанике.

Осенью, когда семья переехала из Арененберга в Аугсбург, Филипп Леба посчитал, что мальчик все еще отстает, и увеличил время учебы[194]. Луи должен был вставать в 6.30 и, пока не ложился спать в 9 часов вечера, проводил за уроками одиннадцать с половиной часов, отвлекаясь на час для приема пищи и на два — для игр и физических упражнений. Луи очень нервничал, и почти каждую ночь ему снились кошмары, при этом он часто бодрствовал ночью в течение двух или трех часов. Леба решил не наказывать его за это, но и не проявлял снисхождения к слабостям ребенка.

Аббат Бертран позволял Луи иметь в комнате постоянно горящую свечу, поскольку мальчик боялся темноты. Леба же запретил свечи в комнате Луи. Через несколько дней мальчик больше не кричал половину ночи от ужаса. Суровые методы учителя дали свои результаты. Через несколько месяцев Гортензия была поражена прогрессом, которого достиг Луи в своих познаниях[195]. Она предоставила Леба полную свободу действий, но настояла, чтобы мальчик проводил час перед сном с ней и ее дамами в гостиной. Педагог не одобрил этот шаг, но ничего не мог поделать. Свободное время Луи также проводил со своим учителем. Время от времени они все вместе собирались в гостиной, где Леба учил своего подопечного участвовать в светской беседе.

Через некоторое время Леба предложил, чтобы Луи начал обучаться в школе Gymnasium в Аугсбурге, поскольку считал, что там высокий уровень преподавания и мальчики получают хорошее образование. Гортензия согласилась, и с апреля 1821 года Луи начал посещать Gymnasium. Ему трудно давалось изучение предметов на немецком языке (ведь его родной язык — французский), но Леба считал, что он сможет преодолеть это затруднение[196].

Результатами по немецкому языку Леба был удовлетворен, когда по итогам первого срока обучения в школе Луи оказался на пятьдесят четвертом месте из девяноста четырех учеников. В тесте надо было написать сочинение на немецком языке, сделать перевод с немецкого на латынь и решить задачу по математике. По итогам второго теста он уже был на пятидесятом месте, а третьего — в июне 1821 года — на двадцать четвертом. Леба поздравил себя с тем, что «одержал победу над материнской любовью»[197].