Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене
- Автор: Матвеева Галина Сергеевна
- Год: 1975
- Язык: русский
- Год: Политиздат
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене». Краткое содержание книги:
Художественно-документальная повесть «Отец республики» — первый самостоятельный опыт Г.Матвеевой в прозе. Герой ее — Сунь Ят-сен, китайский «революционный демократ, полный благородства и героизма», предстает перед читателем в борьбе за независимость и процветание своей родины. Друзья и враги, победы и поражения, любовь и ненависть — все, что сопутствует его мятежной жизни, вписано автором в панораму Китая конца XIX — начала XX века.
— Откуда вдруг такая уверенность?
Хуан Сину почудилась в голосе Сунь Ят-сена усмешка, и он сделал вид, что не расслышал вопроса, достал из кармана второй револьвер и принялся старательно его перезаряжать.
— Что же вы не отвечаете мне, «упрямый хунанец»? Обиделись?
Прямой, дружелюбный вопрос обезоружил Хуана:
— Под покровом ночи враг постарается подойти поближе.
— Что вы советуете предпринять?
— Вышлем часть отряда им навстречу,
— К восточным скалам?
— Да, пожалуй. Там они меньше всего ожидают засады.
— Хорошо.
— Я распоряжусь.
— И еще, назначьте на девять совещание командования, Хуан.
Гонец, одетый в серый халат, чтобы не выделяться среди камней, осторожно спустился вниз и залег в кустах, поджидая проводника. Когда стемнело, они побежали по каменистой тропке, ведущей в скалы. Миновали поворот, еще один. Проводник остановился, — показалось, короткое эхо выстрела, а может, просто свалился камень?
Было около семи часов вечера, но, как обычно в этих краях, уже стремительно начинало темнеть. Пройдет час-другой, и густая чернота зальет землю. Хуан Син, конечно, прав: ночь сулит передышку, которую надо использовать с толком.
Сунь Ят-сен сидел под окном, затянутым москитной сеткой, и ждал. Офицеры собирались медленно.
Первым пришел Клодель, подтянутый, застегнутый на все пуговицы, и, несмотря на жару, в белых перчатках. Его сопровождали еще двое, французы, оба очень молодые, чем-то неуловимо похожие, с одинаковыми тонкими усиками. За ними вошел Ху Хань-минь. Лицо его было искусано москитами. Он выглядел недовольным. Стараясь не вступать в разговоры, присел в сторонке.
— Вы здоровы, Ху Хань-минь? — поинтересовался Сунь Ят-сен.
— Вполне! — ответил тот резко. Сунь внимательно взглянул на него, и Ху внутренне съежился от его взгляда — показалось, что Сунь видит его насквозь, читает его мысли, а этого он хотел бы меньше всего: в эту минуту Ху думал о тех счастливцах, которым удалось избежать участия в этой рискованной операции, в частности, он вспоминал своего родного брата, который из членства в Объединенном союзе извлекал одну только выгоду — обзавелся солидными связями, успешно занимался коммерцией. Теперь он управляющий в одной солидной торговой фирме. Окрепли и его связи с купечеством в Гуанчжоу, даже цинские власти дали ему понять, что смотрят сквозь пальцы на его причастность к Объединенному союзу. Да, не хотел бы Ху, чтобы Сунь Ят-сен прочитал его мысли! Но кажется, Сунь отвлекся, потому что вошел Хуан Син, и совещание началось.
— А что вы предлагаете делать, если помощь не придет вовремя? — спросил его Сунь Ят-сен, — этот вопрос сейчас занимал его больше всего. — Мы не можем призывать наших солдат к терпению, мы живая мишень для противника. Нельзя допустить гибели отряда, да еще и гарнизона, перешедшего на нашу сторону. Люди нам доверились… Надо выводить их из крепости и прорываться на запад.
— Как, вы предлагаете отступить, господин главнокомандующий? — громко спросил Хуан Син.
Руки Суня мяли полотняный шлем, он не скрывал своей тревоги.
- Очевидно, враг плохо осведомлен о нашей численности, иначе он не медлил бы с решительной атакой. Но как только он поймет, сколько нас здесь… К тому же у нас не стреляет ни одна пушка, и нет никаких резервов.
— Считаю своим прямым долгом заявить, — перебил Суня Хуан Син, — что никаких маневров в целях отступления не допускаю. Мы солдаты и должны стоять до конца!
Сунь насторожился: уж коли Хуан Син возражает ему, жди, что его тут же поддержит Ху Хань-минь. Сунь решил не дожидаться этого и в упор обратился к Ху:
— И вы, господин Ху Хань-минь, полагаете, что лучше заживо свариться в этом котле?
Ху Хань-минь, не ожидавший, что Сунь обратится прямо к нему, мрачно смотрел в окно. Вопрос заставил его вздрогнуть.
— Высокий моральный долг членов нашего отряда поможет нам… — пустился он в рассуждения. — Один солдат революции стоит сотни вражеских…
— Довольно! — оборвал его Сунь Ят-сен. — Довольно разводить демагогию, у нас слишком мало времени. Ответьте мне лучше, господин Ху Хань-минь, вы готовы подставить собственную голову под пули? Или вы предоставляете это почетное право своим боевикам? А сами, подобно военачальникам прошлого века, вознамерены отсиживаться в укромном местечке?!
Круглое лицо Ху Хань-миня залилось краской — реплика попала в точку. Какого дьявола понесло его в этот проклятый поход! «Победа в открытом бою!» — вспомнил он слова Хуан Сина. — «Слава!» Вот тебе и победа, и слава! Кучка белых костей в долине — вот и вся слава.