Королева Елизавета II [litres]

Диану не раз направляли на лечение, однако это ни к чему не привело, поскольку истинная проблема крылась в эгоцентричном характере молодой женщины, в ее ненасытной жажде внимания окружающих к своей особе и, что самое главное, в нежелании работать над собой. Это сначала пугало и расстраивало Чарльза и Елизавету, потом шок сменился раздражением и отчуждением.

Тележурналист Мартин Бэшир напомнил Диане, что ее нередко обвиняли в том, что она сама искусственно раздувала интерес к своей персоне, эпатируя прессу в первые годы брака с Чарльзом. К примеру, она выступила чуть ли не в неглиже на сцене Ковент-Гардена в паре со знаменитым танцовщиком балета Уэйном Слипом. Номер был «подарком» принцу Чарльзу на его день рождения. На приеме в Белом доме она станцевала рок-н-ролл с Джоном Траволтой – и снова затмила собой и мужа, и принимавшую их чету Рейганов. До ее появления в королевской семье другие ее члены, в том числе молодежь, подобного ажиотажа никогда не вызывали, но, впрочем, и вели себя куда менее бурно.

Диана всегда отрицала тот факт, что она играет на публику, однако ей льстило, что она смогла стать первой «знаменитостью» в королевской семье. Прежде неприметная девушка в одночасье превратилась в жену наследного принца и получила доступ к модным коллекциям лучших модельеров мира и лучшим драгоценностям.

«Думаете ли вы, что когда-нибудь станете королевой?» – спросили ее. «Нет. Не думаю… Я бы предпочла стать королевой людских сердец… Я не представляю себя в роли королевы этой страны. Не думаю, что многие в этой стране хотели бы, чтобы я стала королевой. Когда я говорю „многие“, я имею в виду истеблишмент, к которому принадлежу…».

Странно было под конец такой откровенной и обличительной программы услышать, что Диана не хочет разводиться с Чарльзом. Однако по окончании эфира это было уже не в ее власти. После такого публичного выноса сора из избы Елизавета приняла решение молниеносно. Спустя некоторое время Диану вызвали к ней – и вопрос о разводе был решен. Так Диана и получила свое состояние – 17 миллионов английских фунтов единовременно и еще 700 тысяч фунтов ежегодного пособия на содержание прислуги и той части Кенсингтонского дворца, в которой ей было позволено остаться как матери наследников престола.

По воспоминаниям дворецкого, Пола Баррелла, Диана до последнего момента сомневалась в том, что поступила правильно, согласившись на это интервью. Правда, Диана не могла не понимать, что развод рано или поздно станет неизбежным, и ей хотелось рассказать людям свою версию, почему их брак был разрушен. Это была месть женщины мужу и его семье.

Но последствия откровений оказались серьезнее, чем она ожидала. От Дианы отвернулись сестра и брат, которые были близки к членам королевской семьи, ее резко осудили собственные бабушка и мать, и, наконец, перед ней перестали открываться многие двери, в которые она еще недавно входила без проблем.