Мой странный друг
- Автор: kalip
- Серия: Книга пламени #1
- Язык: русский
- Жанр: Любовь и отношения
Электронная книга - «Мой странный друг». Краткое содержание книги:
Дно пещеры было устлано мелким песком. Он прогрелся за жаркий день и сейчас приятно отдавал тепло. Тоями принес из багажника два армейских одеяла и две куртки, чтобы их подложить под голову.
Была светлая лунная ночь. Туман рассеялся. Луна освещала спящие горы. Это зрелище завораживало. Кай стоял и смотрел на эту вечную красоту.
Почувствовал, что начинает замерзать. Ночью в горах было холодно. Он вернулся в пещеру и взял одеяло, завернулся в него, понимая, что это нужно было сделать раньше. Теперь ему будет тяжело согреться. Холод он не любил, вернее, переносил очень плохо. Мерз всегда - даже когда другим было тепло, он чувствовал, что замерзает. Первыми у него мерзли пальцы рук, с руками всегда была проблема. Хотя, когда холодно, он всегда надевал перчатки.
«Может, и сейчас стоит надеть?» - промелькнула здравая мысль, когда он почувствовал, что пальцы рук еле шевелятся.
Тоями воспринял это по-другому, все это время он краем глаза наблюдал за ним.
- Я сейчас еще раз перевяжу твои пальцы.
- Не нужно, сами заживут.
- Нет, нужно, - Тоями принес аптечку и указал рукой на бревно перед входом в пещеру, здесь было светло практически как днем, настолько ярко светила луна на безоблачном небе.
Кай хотел начать спорить, но почувствовал, что усталость и напряжение дают о себе знать.
«Пусть делает, поскорей от меня отстанет», - он сейчас хотел лечь, завернуться в одеяло и попробовать заснуть.
Кай протянул руку. Тоями взял ее и поднял глаза на Кая.
- Тебе холодно? У тебя ледяные пальцы и рука, - сейчас Тоями держал его руку в своей, аккуратно растирая ее своими теплыми руками.
- Я плохо переношу холод, - таким разумным ответом Кай хотел завершить эти расспросы, - ты хотел перевязать пальцы, - Кай попытался убрать свою руку из рук Тоями, но тот ее не отпустил.
- Да, сейчас, - он, наконец, приступил к отклейке лейкопластыря с пальцев, - ты же русский, у вас всегда холодно, а ты мерзнешь, хотя сейчас просто прохладно?
- У тебя странное представление о России, там не всегда холодно, - Кай замолчал.
Тоями увидел, как по его лицу пробежало напряжение, когда он произносил слово Россия, видно, для него это было болезненное воспоминание.
Кай продолжил немного грустным голосом:
- Там бывает холодно, зимой. Зимой мне там тяжело было… но это было давно.
Он замолчал, вспоминая зиму, снег, мороз. Хруст снега под ногами. Прохора, который всегда над ним подшучивал из-за его «мерзлявости», как он это называл.
Как однажды Прохор отобрал у него варежки, сказав, что он мужик и должен не бояться мороза, а потом, когда они пришли в их подвал и Прохор увидел, что пальцы у Кая не шевелятся, как он испугался. Извел на него всю бутылку водки, растирая ему руки. Потом ребята долго бурчали, что в пустую такое добро перевели. Как это было давно, в другой жизни в другом мире...
Тоями видел, что Кай что-то вспомнил, он не мешал ему погрузиться в эти воспоминания, лишь наблюдал за его лицом, продолжая заниматься перевязкой его пальцев.
Когда все было закончено, Кай буркнул «спасибо» и плотнее запахнул на себе одеяло. Стало еще холоднее, его начало потрясывать от проникающего под одежду холода.
Тоями это видел. Он отложил аптечку в сторону, взял свое одеяло и обернул им Кая, затем, сев с ним рядом на бревно, обнял его.
- Что ты делаешь, пусти! – Кай попытался вырваться, но два одеяла сковывали его движения.
- Согреваю тебя. Прекрати дергаться! Я не хочу чтобы ты заболел. Мне нужен здоровый водитель, - говоря это, Тоями с легкостью сдерживал шебуршания Кая в одеялах.
Опять Тоями воспользовался запрещенным приемом и поставил Кая в тупик. Кай притих.
«Хорошо. Тогда немного согреюсь, поблагодарю его за заботу и пойду спать.»
Решив так, Кай замер.
Тоями почувствовал прекращение сопротивления и, перехватив руки, сильней прижал Кая к себе.
Кай почувствовал тепло. Сегодня был тяжелый день. То, что произошло с Тоями, очень сильно напугало его. Да, он давно так не пугался за кого-то. Он даже себе боялся в этом признаться.
Когда он увидел Тоями стоящим на мине, внутри у него все оборвалось. Он ведь знал, что малейшая оплошность - и взрыв. И когда он шел ее обезвреживать, он не был ни в чем уверен. Все дело случая: можно спасти человека, а можно и самому подорваться, но тогда он не думал о себе. Он хотел спасти его. Тогда думать или переживать было некогда.
Даже потом, в машине, он не думал о произошедшем. Нужно было ехать. Теперь все напряжение того момента накатило на него. Он почувствовал слабость от пережитого нервного напряжения и тепло, которое окутывало его, а еще руки, которые его держали, и в этих объятиях было так непривычно хорошо.