Джером К. Джером. Собрание сочинений в одном томе

Мне приходится петь там два раза, кроме того, я пою еще один раз в другой пьесе. По моему мнению, петь совсем не трудно, но меня изводит оркестр. Я чувствую себя гораздо свободнее, когда нет музыки. Кроме того, в этой пантомиме много куплетов, составленных на злобу дня. Таким образом, как ты видишь, мы строго следуем совету мистера Пиквика и стараемся, как можем, подлаживаться под вкусы публики, а уж та веселится от души. Ты себе представить не можешь, с каким энтузиазмом был встречен вчера куплет, сочиненный по поводу новых фонарей, поставленных на главной улице города.

Наш комик учит меня танцевать и заставляет упражняться чуть ли не по целым дням. Признаться тебе, это ужасно тяжелая работа, но теперь я почти уже постиг премудрость танца «хорнпайп». Я лично очень доволен, что умею его танцевать, потому что ничем нельзя так растормошить сонную провинциальную публику и привести в восторг, как этой удалой пляской.

Сам антрепренер очень угрюмый человек, но режиссер славный малый: он обращается с нами — актерами — весьма вежливо и с большим уважением, как будто бы мы были театральными плотниками; деньги платят аккуратно.

Наш премьер никогда не является на спектакли, и потому его роль совсем вычеркнута; нельзя сказать, чтобы пьеса от этого выиграла.

В начале пьесы я играю роль ленивого чиновника (это напоминает мне те дни, когда я действительно служил на гражданской службе), а потом первого министра в Титтату; на переодевание и перегримировку у меня всего только три минуты времени. Роль первого министра можно сыграть остроумно и смешно, но роль чиновника не требует никаких артистических способностей. Я притворяюсь спящим, в это время подходит ко мне клоун, который играет роль второго чиновника, и хватает меня кулаком по голове; тогда я просыпаюсь и, в свою очередь, наношу ему кулаком удар по голове, он бросается и начинает меня колотить, сначала он застигает меня врасплох, потом я застигаю врасплох его; неожиданность, с которой мы нападаем друг на друга, сильно бьет публику по нервам; после этого между нами завязывается отчаянная драка, в которой принимает участие и кот. Вчера, во время этой сцены, я расшиб себе голову (хорошо, что не другую часть тела) и сломал стул во время борьбы. Публике это очень понравилось; она потребовала повторения этой сцены, но я не пожелал разбивать себе вторично голову.