Любовь на новом уровне игры (СИ)

— И с какой же стороны я должен был подойти? — спросил меня тот, кто решил развернуть тему оставленного на улице разговора.

— Не здесь, — строго просмотрев на парня, сказала я.

— А где же? Ты все равно не ответишь, чего тянуть, — рявкнул брюнет, вгоняя меня в полный ступор.

— С чего ты взял, что не отвечу? — стараясь оттянуть момент и придумать подходящую отмазку, спросила я.

— Да с того, что ты изначально не собиралась устраивать сцены и просто хотела побыстрее увильнуть от ответа, — сжимая мое запястье и заставляя сделать шаг навстречу к нему, проговорил Вильям.

— Ты не посмеешь устраивать мне такого рода разнос при всех, — смотря прямо в глаза брюнету, сказала я.

— Да ты что?! — потянув меня на себя, молвил он. — Ещё как посмею, принцесса. Ты заставляешь меня нервничать и принимать волну необоснованного гнева от тебя, так что устроить тебе разнос — просто маленькая помощь в снятии напряжения и моего неистового возбуждения, — не скрывая ни от кого свои намерения, ясно ответил парень.

— Вильям, — тихо поговорила я, пытаясь хоть как-то сгладить сложившуюся ситуацию. — Давай я объясню тебе причину моего гнева в более подходящее время, а не при всех присутствующих?

— О, нет, моя бунтарка, ты сейчас же ответишь мне на поставленный мною вопрос и объяснишь своё поведение, — наклонившись ближе, я почувствовала его дыхание возле уха, — или я сейчас закину тебя на плечо, и мы пойдём в мою машину и будем заниматься там самыми нецензурными вещами.

Я сразу почувствовала жар и то, как меня вогнало в краску от его столь подходящего сейчас предложения.

— Итак, — вывел меня из окаменения парень, — что это было?

— Скажи мне честно, — пытаясь придать голосу хоть немного твердости, начала я, — зачем просить меня о таком при всех?

Глаза Вильяма поползли вверх, прихватив с собой и брови.

— Ты это с самого начала планировал? Поэтому просто предложить мне встречаться ты не мог; ты изначально планировал меня сразу сделать своей…

— А чем ты недовольна? — перебила меня Эмма, оказавшаяся рядом. Когда она вообще успела так близко подойти?

— Ты знала, — не спрашивая, а констатируя факт, сказала я. — Так вот зачем ты так отчаянно выбивала из меня согласие на празднование, — я вздохнула, понимая, что не только подруга, но и каждый гость в этом помещении изначально знал о намерениях Вильяма. — Боже, так ты ещё и всех подговорил, — я вновь вздохнула.

Вот теперь я хотя бы понимаю, почему лица приглашённых гостей не вызывают должного осадка и хоть намёка на непонимание.

— Если бы ты просто соизволила ответить, то сейчас бы узнала ещё нечто очень важное, — шёпот над ухом вогнал меня в замешательство.

Я обернулась на сей сладкий и тягучий голос, повстречав лицо Вила с непревзойдённой улыбкой и торжеством во взгляде, ещё раз вздохнула и прикрыла глаза.

— Я не буду отвечать, — упрямо заявила я.

— Ты охренела, — дикий возглас подруги обрушился на меня не хуже пудовой гири. — Я что, по-твоему, зря все это затеяла?!

— Эмма, — я развернулась к девушке и, одаривая ее «доброжелательным» взглядом, продолжила, — зачем ты вообще в это все вмешалась?

— А ты бы ещё полгода бегала от него и пыталась разобраться в ваших экзотических отношениях, если бы не мое великодушнее.

Я задохнулась от такого заявления.

— Чего? — открывая рот и роняя остатки самообладания на пол, покосилась я на подругу.

— Того! Ты поешь мне два месяца о том, что тебе ничего толком не ясно, но хочешь чего-то большего, и когда это большее прямо прыгает тебе в руки, устраиваешь скандал глобального уровня для того, чтобы просто уйди от столь важного для тебя предложения. Я знаю, что ты идиотка, но прекрати быть мазохисткой! — крикнула на меня Эмма, сразу вставляя ушедшую покурить совесть и попивающий коньяк или даже вискарик мозг.

— Спасибо, — смотря прямо на подругу, сказала я, чем повергла ее в шок.

— Что-что? Мне послышалось, или ты сейчас, кажется, вернула свои достоинства на место?! — улыбаясь, сказала блондинка.

Я улыбнулась и, развернувшись на теперь так уместных каблуках к Вильяму, посмотрела прямо на него.

— Хочешь ответа? — спросила я и уловила его улыбку. — Я бы с радостью вышла за тебя снова, Вильям Граунд, если бы ты не был такой изощренной задницей и принимал меня всегда такой, какая я есть, с моими заскоками и неуловимой тягой к неприятностям, с моим бесхребетным языком и полным ящиком сарказма, с моими выебонами и не теряющими ценность милостями.

Брюнет склонил голову набок, вновь притянул меня за запястье и, положив мою руку к себе на сердце, накрыл ее своей.

— Принцесса, я бы солгал, если бы сказал, что меня не будоражит твоё знатное занудство и вечно ищущий неприятностей зад, но так как лгать тебе я не намерен, отвечу прямо, — притянув меня ещё ближе за талию, он точно в губы продолжил: — Я готов терпеть, ласкать, принимать и пользоваться всеми прелестями твоего неуравновешенного разума; готов дарить тебе все, что имею и даже больше, если ты этого захочешь; готов к травле со всеми вытекающими и принимать твоих тараканов; готов просыпаться по утрам и засыпать по ночам со столь прекрасным созданием, как ты. Позволишь ли ты снова стать неотъемлемой частью моей жизни и снова принять мою фамилию и всего меня?