Единственная для Хранителя Закона

Гел побледнел, открыл рот, закрыл, а после опустился перед Деми на одно колено и уверенно произнёс:

— Надо. Я вот очень давно не ел медовые пряники. Потому что когда ешь один, то невкусно.

— Тогда будем есть вместе. А ещё попросим маму приготовить яблочный пирог. Он очень вкусный.

— Договорились. — Гел протянул Деми мизинец. — Обещаешь есть столько, сколько влезет?

— Да, а ты?

Краска бросилась мне в лицо! Как же быстро мое солнышко перешла на неформальное общение.

Но Гел не дрогнул ни единым мускулом.

— И я. Кто нарушит договор, тот тухлое яйцо.

Поднявшись, он коротко улыбнулся и двинулся в обратную сторону. И едва он исчез из виду, Демельза повернулась к квэнни Нортренор.

— Возьмите клятвы, вам же хочется.

— Что? — Я переводила взгляд с дочери на ничуть не смущённую женщину.

— Возьму, — спокойно кивнула квэнни Нортренор, — для того и пошла с вами. А ты и правда Чтица.

Деми пожала плечами.

— Может быть. Мама говорит, что я ребенок. И солнышко.

— Пойдем, милая, — квэнни Нортренор поманила меня за собой, — это может показаться жестоким, но такова необходимость. Мы уже обожглись и едва не потеряли Моргелина.

— Ничего не понимаю, — искренне сказала я и следом за квэнни вошла в свою будущую спальню.

— Не мне рассказывать эту историю, — усмехнулась она. — Ты готова поклясться в том, что не имеешь злого умысла в отношении Севера?

Посмотрев на искренне обеспокоенную женщину, я расстегнула тугую пуговичку на рукаве и коротким заклятьем рассекла кожу запястья.

— Клянусь кровью и магией, что не имею злого умысла в отношении Севера. Клянусь кровью и магией, что пришла в Сагерт искать лучшей доли для себя и дочери. Клянусь кровью и магией, что никто и никогда не просил меня сделать что-либо плохое, хорошее или никакое в Сагерте. Клянусь, клянусь, клянусь.

Рана на руке заросла сама собой, а я, застегнув пуговичку, холодно произнесла:

— Мы с Деми сами по себе и не имеем отношения к вашим интригам.

Из комнаты я вышла до того, как квэнни Нортренор успела что-либо ответить.

"Кажется, начинается откат", — промелькнуло у меня в голове.

Но додумать эту мысль я не успела: огромная туша Tшeppа внесла меня обратно в спальню. И только вовремя подоспевшая квэнни Нортренор не дала мне рухнуть. Вернее, и я, и Tшepp навалились на нее. Но она выстояла, за счет чего мы и не оказались на полу.

Тшерр же, ни капли не смущенный, радостно вылизал мои руки, после чего принялся вертеться у ног Меровиг Нортренор.

— Прости мне мое недоверие, — шепнула она, поглаживая его за ушами. — Но в нашей нынешней ситуации… Мы дуем на воду, Эйлин, потому что страшно обожглись на молоке.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я поблагодарила квэнни Нортренор за помощь и добавила:

— Простите мне мою чрезмерную реакцию. Возможно, это откат от заклинания, которое помогло мне пройти через суд.