Тёмными тропами [СИ, сборник]

Сидиус уже распланировал будущее, он прекрасно знает, кто из джедаев останется в живых, а кто пойдет в утиль, кто переметнется к нему, а на кого будут охотиться, как на диких зверей, когда на собственной шкуре испытывает правдивость поговорки о том, как можно легко насмешить богов, и пусть вместо последних Сила – сути дела это не меняет.

Храм трясет, а вместе с ним трясет и ситха, вернее ситхов: Дуку как раз осознал с помощью Сидиуса глубину своих заблуждений и теперь отлично исполняет роль шпиона, принеся вести, которые переворачивают все планы Палпатина с ног на голову. Неизвестно откуда возник целый Орден, считающий себя джедаями, ожидаемо получивший в Храме от ворот поворот. Хорошо хоть бойни не было.

Дуку захлебывается восторгом, в красках расписывая свою первую и последнюю встречу с Темными джедаями, а что это именно так, он совершенно не сомневается. Уж слишком холодная у этих одаренных Сила, слишком сильно тянет от них Тьмой, пусть не от всех, но от большинства. Вначале Палпатин приходит в замешательство, а потом его начинает изводить любопытство – найти растворившихся в пространстве потеряшек сходу не получилось.

Джедаи тоже ищут, и тоже безрезультатно, пока их не сводит вместе случайность. Квай-Гон Джинн, белая ворона Ордена, наконец-то взявший себе падавана после провала с Ксанатосом (вполне закономерного, на взгляд самого Сидиуса), случайно встречает Великого магистра с двумя учениками: мимолетная встреча, напугавшая юного спутника джедая до колик. На планету тут же полетели стражи, но поиски так ни к чему и не привели. Прятаться Темные явно умели.

А потом Дуку приносит новости о скандале, разразившемся под сенью Храма: Оби-Ван Кеноби, с таким трудом навязавший себя Квай-Гону в качестве ученика, плюнул на все, и остался на Мелида-Даан.

Сидиус всем своим существом чует, что это рядовое, в общем-то событие, имеет грандиозные по своему масштабу последствия. Дуку роет землю, трясет своего бывшего падавана, выдавливая из него сведения невзирая на сопротивление, и постепенно перед ситхом складывается картина. Рыцарь был против Оби-Вана, как своего ученика. Он вообще никого не хотел брать, терзаемый мыслями о своем провале, как учителя, чем вызвал презрительный фырк ситха. Слабак. Ни воспитать падавана, ни убить его, когда Ксанатос пошел вразнос, ни отбросить сомнения и взять более подходящего кандидата. Ведь Оби-Ван делал все, чтобы обратить на себя внимание, это вызывало уважение.

Квай был резким и неуступчивым, достойный ученик своего учителя, Сидиус так и не понял, почему рыцарь все-таки изменил свое решение и взял падавана, вот только первая эйфория прошла, и косяком повалили проблемы. Джинн мальчишке не доверял от слова «совсем», подспудно ожидая повторения истории с Ксанатосом, Кеноби и сам оказался не подарком, плюс переходный период и подростковый максимализм. И вылилось это во вполне закономерный финал: разруливая ситуацию на Мелида-Даан, охваченной гражданской войной, Квай-Гон практически не обращал на него внимания, а когда обращал – давил авторитетом, кроме того, Оби-Ван впервые столкнулся с войной, да еще и таких масштабов, плюс внезапно проснувшиеся чувства – первая подростковая влюбленность, насчет которой ему тут же прочитали лекцию, призывая отринуть мешающие и не подобающие джедаям чувства.