Новый порядок (СИ)
- Автор: Кирнос Степан Витальевич
- Серия: Восхождение к власти #4
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Новый порядок (СИ)». Краткое содержание книги:
— Военного министра? — удивился Данте.
— Да, оказалось, что она отлично шарит в оружии и обстановке. Твоя мать оказалась не так проста, как могло показаться.
— Даже не верится… всё началось с того, что она отдала нас Патрику, другу семьи… маленьких, беззащитных и слабых. А заканчивается всё тем, что я стою на её могиле.
— Интересно, — О’Прайс подошёл к могиле. — Как всё началось?
— Мне рассказывали, что за ней гнались преступники… уличные отбросы, уроды одним словом. Ей пришлось оставить нас в безопасности. Тётя говорила об этом… оказывается она смогла уйти.
— Это так. И теперь ты здесь… прошедший путь от уличного прощелыги, до магистра ордена… ты ведь мог стать самим императором, Канцлером. В твоей руке на мгновение, на тот малый миг, пока ты держал на мушке Рафаэля, было столько возможностей.
— Власть… опасная вещь. Она развращает развращённого ещё сильнее, делает безумнее безумца, но в правильных руках её применение может вознести государство на невообразимые высоты, — Данте оторвался от могилы, его голос стал печальным, но живым. — Я оставил её, мне не нужно всё это. В погоне за исполнением клятвы я едва не погиб и не стал фанатиком Рейха. Власть… стремление к ней отобрали у меня Сериль и едва не опрокинула за грань сумасшествия. Я был свидетелем восхождения к власти Первого Канцлера, я наблюдал за тем, как пылала Европа и пробивали себе путь Первоначальные крестоносцы… и падали. Я видел, как всякие психи взбирались к рулю правления. Фемистокл… его стремление править доставило горе мне и ещё миллионам людей. А потом, я годами смотрел за Рейхом, видел, как Лорды низвергли второго Канцлера и, как он себе вернул её, но тронувшись от потери, стал фанатиком своего дела. Я был участником смертоносной гражданской войны в Рейхе с очередным узурпатором, находил предателей и раскрыл мириад заговоров. В конце концов, ради добрых людей Империи, я сам стал мятежником. А потом… я понял, что власть, дорога и восхождение к ней, полны опасностей, сама возможность являет из людей всю черноту и скрытие пороки, а поход, желанный путь к получении заматывает человека в кокон его же страстей. Я это видел… много раз.
— Помню, как со стремлением к власти бесновался Фемистокл, — О’Прайс стряс себя снег, оглянув просторы кладбища. — И тогда ты отказался от власти?
— Я понял, когда держал пистолет, что если сейчас убью второго Канцлера и займу его место, то стану подобен Первому Канцлеру, Рафаэлю или даже Фемистоклу… я обагрю руки в крови правителя. — Данте сделал глубокий вдох, прохлада зимнего утра обволокла его грудь. — Я не мог так поступить.
— Ты не жалеешь?
— Нет. Снова обретя семью, я стал богаче любого короля… знаешь, любая власть не стоит хорошей семьи. Мне мою Сериль и Марту не заменит ни одно царство в сей грешном мире, — на этот раз О’Прайс увидел то, что давно не зрел на лице сего человека — улыбку и старый капитн
— Ну господа из «Правого Альянса» с тобой явно не согласятся, — усмехнулся поляк. — Пять стран подняли над головами своими крест на синем полотнище, и стали собирать силы против либерашек.
— Я понимаю их стремление, — улыбка испарилась с лица Валерона. — Они люди — веры и меча. Они хотят защитить простых людей, семьи, от умопомрачения, который несёт с собой Либеральный Капиталистический Союз. Мир никогда не будет прежнем.
— Тот… привычный нам мир, когда мы были молоды, — он погиб в огне объединительных войн.
Данте сделал лёгкий поклон перед могилой матери, обернулся к первой увиденной часовне и осенил себя крестным знаменем. После чего, парень аккуратно прошёл за оградку и заскрипел сапогами о снег.
— Каковая твоя жизнь, О’Прайс? — чуть улыбнувшись спросил Данте. — В прошлый раз я ничего не мог… слышать.
— Об этом долго рассказывать, — вдумчиво произнёс капитан. — Хотя дорога не близкая, да и я хочу опрокинуть кружку статута. Пошли, — хлопнул по плечу О’Прайс Данте. — Это интересная история.
Тем временем, в славном городе Марселе, в добром диалоге сошлись двое мужчин. Они добро молвят о всём произошедшем, подводя итоги небольшой кампании, что раскрутилась вокруг несчастного человека.
— Спасибо тебе, мой друг, — сказал седовласый с густой бородой мужчина, шаркающий чёрными монашескими одеждами, принимая фарфоровую кружку, заполненную дымящимся «янтарём». — Давно я не пил хорошего чая.
— Это вам спасибо, — ответил высокого роста черноволосый парень. — Я давно не видел относительно мира в Рейхе. Ой, в Римском Рейхе.
— Да, Карамазов, все мы это заслужили, — старик отпил из кружки. — Ты же обидишься, если я тебя по фамилии назову?
— Конечно нет, — пожал плечами парень, почёсывая короткий волос и потрогав худое суровое лицо. — Отец Флорентин.
Двое мужчин находятся в небольшой закрытой беседке. Подступившие холода заставили владельца большого поместья оборудовать её под зимний вариант. Снега практически нет, только льют ледяные дожди и промораживающий холод, но там, где они сидят — тепло из-за растопленного камина.
Флорентин посмотрел на настенные часы, что повешены на деревянную светлую стену, что заставило его смутиться немного:
— Ох, мне ведь скоро идти.
— Подождите, отче. Вы ещё не пробовали пирога от моей Эмилии. Поверьте, такого вы ещё не ели.
— Да… боюсь, Господь мне шлёт другие пироги, — тяжело выдохнул Флорентин
— Работа?
— Да. После того, как Директория была уничтожена на её месте русско-польские и рейховские силы установили Богоугодную власть Германского Королевства. И теперь я должен в своей зоне влияние послать миссионеров дабы они несли Слово Божие, инквизиторов на искоренение скверны ереси… а также из своих людей выделить медиков души, чтобы они исцелили покорёженную психику людей… слуги дьявола, именующие себя коммунистами Директории, практически убили человека в человеке.
— Понимаю. Обычный день для Рейха. И это не считая того, кого туда пошлют остальные департаменты власти. Что сейчас со властью в Рейхе? Я отошёл от дел… только слышал, что нас переименовали в Римский Рейх, — Карамазов взял в руки небольшой кусочек пирога с тарелки.
— Да ничего особенного, благо Господь всё устроил, — Флорентин отпил из кружки. — Страной теперь правит Координационный Совет из глав всех представителей власти. Канцлера больше у нас нет. А так… всё как обычно, не считая того, что нашу страну назвали «Четвёртым Римом» и мы объединились в альянс.
— А «Третий Рим» у нас по-прежнему Москва? Интересно… Я слышал, что в этой войне отличился Яго? — Карамазов доенл кусок. — Что с ним? Он когда-то спас жизнь Эмилии, и я не могу не побеспокоиться о его жизни.
— Он стал героем войны. По решению объединённого штаба его назначили помощником министра обороны Королевства. Что ж, для него достойное назначение.
— А Данте? До меня доходили слухи, что он едва с ума не сошёл?
— Да. Меня он лично посвятил в то, что было, — Флорентин ещё чуть-чуть отпил из кружки, с грустью взглянув на дождь в единственном окне. — У него были галлюцинации, судя по всему. Потеря жены и дочери вызвала у него сильнейшую боль, которую он прятал.
— А что потом? — Карамазов допил свой чай, потянувшись к небольшому чайничку. — Вы же его вылечили?
— Мы нашли его жену и дочь. Хорошо, что они остались живы. А потом… мы привели их в Россию, где ему и явили их ему, — Флорентин допил чай. — После этого ему стало легче. Сейчас он вроде в Польше, да и под наблюдением психотерапевта.
— Жалко его. Я рад, что всё хорошо закончилось.
— Я не знаю, насколько глубока его рана в душе. Сериль и Данте провели много времени в разговорах… расспрашивали друг друга о той жизни. Благо Господь исцеляет его душу, благо Он даёт ему лекарство. Через святое причастие, покаяние и целительство психики он вскоре придёт в норму, — Флорентин показал на карту Рейха, висящую на стене. — Сейчас они получили имение под Римом. Им предлагали на Балканах, но для Данте и Сериль… слишком тяжело туда возвращаться.