Лола Карлайл покажет всё (ЛП)

– Нет. Я подсоединил к динамиту капсюль-детонатор и запихнул все это дело в презерватив, который подвесил внутри буквы «О» в названии «Доры». Когда мы отплыли достаточно далеко, я выстрелил в нее из пятидесятого калибра. Второй взрыв был как раз от топливных баков.

Лола улыбнулась, и крошечные морщинки появились в уголках ее глаз.

– Мои руки ужасно дрожали, я едва удерживала руль. И было так темно, как ты управился?

– Практика, – ответил он. – Годы практики.

Девушка покачала головой и продела салфетки из подходящей к скатерти ткани через небольшие кольца, походившие на арбузы.

– Ну ты и хладнокровный парень. Когда те двигатели не завелись, и пули начали бить по воде, у меня кровь отлила от головы, и я чуть не упала в обморок.

– Ты и выглядела так, будто собираешься упасть в обморок. – Макс положил цыпленка на блюдо и закрыл крышку электрогриля. – И всё же ты всё сделала великолепно.

– Нет. – Девушка покачала головой и положила около двух красных тарелок столовые приборы. – Я так испугалась, что просто застыла, а ты … Ты вообще не боялся.

Лола ошибалась. Он боялся. Боялся сильнее, чем когда-либо в жизни. Не за себя, за нее. Макс двинулся к столу и поставил блюдо в центр, около двух зажженных свечей, похожих на груши.

– Я научился справляться со страхом, – ответил он ей. – Я не позволяю ему мешать мне, когда я должен сделать дело.

– Ну, я не хочу учиться иметь дело со страхом, потому что не хочу больше никогда терпеть кораблекрушение и попадать под пули. – Лола ушла в дом и вернулась меньше чем через минуту с салатом и корзинкой нарезанного французского хлеба. – Когда той ночью мы добрались до станции, куда ты делся?

Макс отодвинул для нее стул, когда она садилась.

– Военно-морская база совсем рядом со станцией Береговой охраны. Через час я был на пути к округу Колумбия.

– О. – Мелкие морщинки появились у нее на лбу, когда она положила зажаренное бедрышко в свою тарелку. – Я пыталась дождаться тебя.

Мужчина сел рядом с ней и ложкой разложил салат в миски, напоминающие раскрытые пучки латука. Он вручил одну ей, затем расправил салфетку у себя на коленях.

– Мне жаль, – извинился он перед ней, так же, как извинялся перед всеми другими женщинами, которых он разочаровал за эти годы.

– Нет, я не хочу, чтобы ты сожалел. – Лола выбрала кусочек хлеба, затем вручила ему корзинку. – Ты никогда не говорил, что придешь навестить меня, так что тебе не за что чувствовать себя виноватым, – сказала она, но Макс ей не поверил, не совсем. Девушка взяла большую порцию салата и запила его вином. – Какое дело у тебя в Шарлотте? Какие-то заложники, о которых остальным ничего не известно? Съезд шпионов?

– Боюсь, ничего настолько волнующего. «Дюк Пауэр»[152] наняли меня проверить их систему безопасности.

– Почему? Какая-то террористическая угроза?

– Нет. Они наняли меня, потому что я этим занимаюсь. Я консультант по безопасности.

Лола уставилась на него.

– Ты хочешь сказать, что у тебя есть настоящая работа?

– У меня есть настоящая работа и настоящая компания. – Макс дотянулся до заднего кармана и вытащил бумажник. – Вот, – сказал мужчина, вручая ей свою визитную карточку.

Грызя кусочек хлеба, она изучала карточку.

– «Z Секьюрити». «Z» это ты?

– Да, мэм. – Он вгрызся в своего цыпленка. – Это я.

– У тебя есть настоящая работа, и ты еще и тайным агентом подрабатываешь? Зачем?

– Зачем что?

– Зачем любой человек в здравом уме будет рисковать своей жизнью, если у него есть другая работа? Собственный бизнес. – Девушка положила карточку на стол. – Почему ты принял решение подставляться под пули и кулаки, если в этом нет необходимости? Из-за денег?

– Нет, хотя платят действительно неплохо.

– Значит, ты действительно чокнутый?

Он вытер губы салфеткой.

– Возможно.

– Потому что я не думаю, что нормальным людям нравится подставляться под пули, Макс.

– Мне это не нравится, Лола, – сказал он, и потянулся за пивом. – Но это часть работы.

– В том-то и дело, что у тебя есть нормальная работа. Тебе не нужно связываться с наркобаронами и взлетающими на воздух яхтами.

– Я знаю. – Он вонзил вилку в еще один кусок цыпленка и положил его на тарелку. У него уже были разные версии этого разговора. С другими женщинами. Хотя Лола оказалась единственной девушкой, которая знала, чем он занимается для правительства, знала темную сторону его работы, в итоге всё сводилось к этой самой главной теме. Почему он не может остепениться и зажить обычной жизнью в пригороде, воспитывая двух детей и водя минивэн? И ему нечего было ответить, кроме правды. Он просто не такой парень.

Макс поднял взгляд и подловил ее на том, что она наблюдает за ним. Солнце начало садиться, и огоньки свечей отбрасывали блики на стол, ее тарелку и руки. Легкий бриз взъерошил ее свежие светлые завитки, и брови девушки нахмурились.

– Что?

– Тебе это нравится. Нравится, когда страх хватает тебя за загривок и дыхание перехватывает. И неизвестно, проживешь ли ты еще один день.

– Мне нравится то, что я делаю, да, – ответил мужчина.

– Неудивительно, что ты не связан никакими романтическими отношениями. Полагаю, очень трудно завести серьезные отношения с женщиной, если тебе приходится уезжать в середине ночи, чтобы спасти мир. Особенно, если ты не знаешь, когда ты вернешься домой. И вернешься ли вообще. – Она покачала головой и откусила солидный кусок от своего цыпленка.

Он взял свое пиво и, делая глоток, наблюдал за девушкой поверх бутылки. Макс задался вопросом, не подкалывает ли она его, но не похоже.