Предел прочности. Книга четвертая.
- Автор: Углов Артем
- Серия: Предел прочности #4
- Язык: русский
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Предел прочности. Книга четвертая.». Краткое содержание книги:
И развернувшись, стала быстро подниматься по ступенькам. На втором этаже она остановилась, но лишь для того, чтобы бросить:
- Эй ты, кому сказано, тащи Люсиль наверх.
Кажется, обращались ко мне. Я беспомощно посмотрел на Дугласа и тот едва заметно кивнул, дескать тащи парень, судьба у тебя такая. Сам же отошел в сторону и, щелкнув пальцем по наушникам, принялся докладывать обстановку.
Вздыхаю, и поудобнее перехватываю тело – впереди спиралью закручивалась лестница.
- А ты давно здесь работаешь? – рыжая козочка прыгала рядом, пока я поднимался по ступенькам и поднимал Люсиль. Тяжелая оказала, зараза, хотя вида субтильного. Практически полностью повисла на моем плече, лишь изредка перебирая ногами. Ей бы сейчас в кровать и проспаться до утра, а они ее на вечеринку тащат. Что за народ…
- Эй, ты меня игнорируешь, - кулачок неприятно тыкает под ребра. Мало того, что на плечах ношу волоку, еще и коза эта под ногами прыгает, достает дурацкими вопросами. – Ответь, давно здесь?
- Первый день.
- О, так я угадала, ты новенький, - непонятно чему обрадовалась девушка. – Меня Нанни зовут, а тебя как?
Ступеньки закончились, под ногами лежал ровный паркет, но легче от этого не становилось. И без того гудевшие ноги, едва передвигались, в голове шумело, будь неладен временной дисбаланс.
«Соберись, Петр!» - приказал себе, - «тут недолго осталось». Дотащу перепившую малолетку до эпицентра вечеринки, а там пускай сами разбираются – лично я назад, прислонюсь к стеночке, а то и вовсе на одно из кресел сяду. В ночные смены подобная вольность допускалась, если верить Дугласу, особенно когда начальство отсутствовало, а Майер сегодня именно, что отсутствовал.
- Эй, - снова кулачок тычет под ребра, - ты меня вообще слушаешь?
Как же ты, блять, достала!
Кажется, рыжая Нанни что-то такое в моих глазах прочитала, потому как обиженно задрав носик, убежала вперед. Ничего, Петруха, еще чуть-чуть, еще немного осталось. Музыка впереди играет все громче, впереди виднеется арка зала, из которой наружу, в сумрак коридора, то и дело вырываются лучи неонового света.
И что за гадская работа досталась: ходишь постоянно туда-сюда, малолеток перепивших на себе таскаешь. Одна боярыню из себя корчит, вокруг все крепостные, только что плетью сечь не велит, другая кулаком в бок тычет, словно я не охранник на службе, а одноклассник ее, с коим можно позаигрывать и глазки построить, походя, от нехрена делать. Может усы отрастить, чтобы старше казаться и внушительнее? Так ведь не растут, один пушок детский.
Перехватив за талию начавшее было сползать пьяное тело, сворачиваю в зал, где разворачивалось основное действо, вернее подходило к концу. В центре танцпола всего один парень, стоящий в раскоряку. Его главная цель не танцевать, а удержаться на своих двух, и с этой задачей он худо-бедно справлялся. Щурюсь, пытаясь разглядеть остальных: целующаяся парочка на диване, трое у барной стойки, то ли пьют, то ли разговаривают. Хотя какой в бездну разговор, в этаком-то шуме, когда в собственных мыслях начинаешь путаться.
Делаю шаг вперед и спотыкаюсь о невидимое препятствие, едва не рухнув вместе с ношей на паркет. Пьяное тело подмышкой, подвергшееся встряске, оживает, начинает неразборчиво бормотать. Впрочем, девушку хватает ненадолго: через пару секунд она снова умолкает, повиснув на плече. Смотрю под ноги, с трудом различаю лежащего человека: бедолага не дополз до выхода, вырубившись прямо на пороге.
А где остальные гости, их здесь человек двадцать должно быть, если не больше. Пока растерянно кручу шеей, ответ сам находит меня – в темном углублении открывается дверь. Появившаяся в проеме Нанни машет рукой, приглашая войти внутрь.
«Иди, иди», - злорадствует внутренний голос, - «а ну как изнасилуют».
Вот же ж гнида!
«Воронов, ты ходячий магнит для неприятностей», - внутренний голос все никак не угомонится, - «вспомни, чем для тебя закончилась последняя вечеринка в иномирье».
Кавалеры с дамами, порхающие по танцполу подобно мотылькам, совиная маска и девичий смех. Перед глазами мелькает обнаженное тело Алины Ольховской, столь явственно и близко, что кажется, протяни руку и коснешься пальцами бархатной кожи. Красивое лицо с идеальными точеными чертами - вот оно, совсем рядом, мягкие губы начинают шептать, обжигая дыханием.
Стоп, так нельзя! Понимаю, что начинаю вырубаться на ходу, погружаясь в промежуточное состояние между сном и явью. Злюсь на окружающий мир, на начальство, подсунувшее дурацкую подработку хрен пойми кем, но больше всего на себя самого, с завидной регулярностью влипающего в истории. Перехватываю тело двумя руками, трудяги мышцы давно ноют под тяжестью ноши. Не расслабляться, ни в коем случае нельзя расслабляться, остался сущий пустяк: закидываю Люсиль внутрь и ухожу – точка.