Распространение капитализма: 1848 – наши дни [litres]

Это утверждение касается полевых работ и, с некоторыми оговорками, – животноводства, но не обработки сельскохозяйственного сырья. В своей основе это промышленная деятельность, поэтому технический прогресс, связанный с расширением масштабов производства, начавшийся в XIX веке, был для нее выгоден. Внедрение машин на паровом двигателе позволяло сокращать затраты, а в некоторых случаях, например в виноделии или в получении шелка-сырца, – повышать качество конечного продукта. Однако для этого требовались глубокие изменения в институтах, лежавших в основе организации мирового сельского хозяйства. Лишь небольшое число хозяйств имело достаточный объем производства, чтобы прибыльно применять современные машины. К ним относились сахарные плантации на Кубе – их владельцы в ряде случаев проводили внутреннюю железную дорогу, чтобы обеспечить быструю перевозку тростника, который необходимо давить в течение нескольких часов после сбора (Dye 1998). В XIX веке владельцы элитных виноградников в Бордо вкладывали деньги в собственные винодельные заводы, нанимая их бывших владельцев в качестве работников с высокооплачиваемым долгосрочным контрактом (Simpson 2012). Они считали, что необходимо контролировать все стадии процесса производства, чтобы производить вино высшего сорта. Все это, однако, были исключения из правила: в подавляющем большинстве случаев экономия на масштабах обработки не перевешивала транзакционные издержки, связанные с высокой концентрацией, и потери от слабого надзора. Минимальный объем продукции, необходимый для механической обработки, достигался либо с помощью покупки подлежащего переработке сырья на рынке, вместо его производства собственными силами (к примеру, покупка вина вместо винограда), либо путем создания производственных кооперативов.