Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Но здесь я выскажу такое предположение: в среде гуманитарной интеллигенции в ходе перестройки и потом сформировалась общность, из которой мало кто уезжает в ИГИЛ или в «Правый сектор», но которую можно назвать «авторами доктрин иррационального содержания». Это те, у кого «сверхценной идеей мистического содержания» стала ненависть к СССР и России. Похожее изменение произошло в 40-е годы с молодыми троцкистами, которые, получив культурную травму холокоста и катастрофы, приведшей к власти фашизм, эмигрировали из Германии в США. Они собрались в сообщество «неоконсерваторов» и из радикальных коммунистов превратились в иррациональных антикоммунистов.
В 70-е годы в нашей среде эрудитов возникла необъяснимая ненависть к СССР. Их жалели, но в них не видели угроз. После 1985 г. они как будто разбудили какой-то вирус и устроили эпидемию. Они оставили массу текстов, особенно в художественной литературе и в обществоведении. Их ненависть доходила до очевидной глупости. Но они теперь стали практиками с ресурсами, и их надо изучать как социальный и культурный феномен, несущий уже активную угрозу, а также изучать историю аналогичных явлений. В разных культурах искали и находили способы успокоить кипящий разум таких людей.
Но такой тип невежества, соединенного с радикальным разрушением и изуверством, имеет причину (корни) не в прошлом, а в апокалиптических образах.
Аномия в России
Мысленно мы осваиваем колоссальный кризис России как систему — рассматривая разные его «срезы». В этой работе рассмотрим один срез нашего кризиса, который можно назвать аномия России.
Аномия (букв. беззаконие, безнормность) — такое состояние общества, при котором значительная его часть сознательно нарушает известные нормы этики и права. В советское время понятие аномия применялось редко, поскольку представление о советском человеке было проникнуто верой в устойчивость его ценностной матрицы. Преступный мир, который существовал как бы в параллельном мире («подполье»), считался антисоциальной группой. В советском обществе были проявления аномии, но это считалось болезненными формами поведения, которое не приобретало системообразующего характера[25].
Культурологи писали (1990): «Каждый конкретный этап человеческой истории имеет свою форму социально-экономического и духовного отчуждения. Особая форма отчуждения культуры присуща и социализму. Мы исходим из того, что отчуждение при социализме так же естественно, как и при капитализме, и, впрочем, при первобытно-общинном строе. Это не аномалия, а нормальный, естественный процесс, свойственный развитию каждого общества, и охватывает он не только сферу экономики, но и сферу духовности, культуры» [666].
Но это и есть аномия! Мы ее знали, но не знали ее названия. Это такое явление, что, глядя через него, можно рассмотреть и понять почти все сферы и срезы бытия нынешней России. Сегодня к любому процессу или событию в российском обществе надо подходить, вооружившись знаниями об аномии, как пробным камнем.
Вот как социологи В. А. Иванова и В. Н. Шубкин характеризуют состояние общества, сравнивая ответы респондентов в 1999 и 2003 годах: «Усиливается ориентация на готовность к социальному выживанию по принципу “каждый за себя, один Бог за всех”… Анализ проблемы страхов россиян позволяет говорить о глубокой дезинтеграции российского общества. Практически ни одна из проблем не воспринимается большей частью населения как общая, требующая сочувствия и мобилизации усилий всех» [455].
Почему в России пронеслась такая страшная туча, что раскидала российское общество?
В 1998 году А. А. Галкин писал: «Если подойти к проблеме теоретически, то складывающуюся картину можно представить себе как результат наложения друг на друга двух стратификационных сеток: прежней, традиционной, хотя и частично очищенной от мифологических искажений, и новой, сложившейся (или складывающейся) благодаря трансформации экономических отношений. Такое наложение неизбежно должно иметь результатом высокую степень дробления социальных групп, их повышенную мозаичность…
25
Говорили, что «слово “аномия” стало широко использоваться лишь после его употребления Дюркгеймом». В СССР слово «аномия» мало кто знал — тогда вектор задал исторический материализм. Слова «аномия» не было ни в словарях (политической экономии, философском словаре и др. встречалось только в словаре современной западной социологии). После перестройки в учебниках появились идеи Дюркгейма и Мертона. За 30 лет эти идеи стали обычны, а главное, что системы аномии Запада не похожи на наши системы, хотя Дюркгейм создал исток, его надо увидеть. Сейчас у нас социологи уже работают.