Режиссер твоего завтра

Кружась в мыслях, я сходила в душ и переоделась в то, что ближе всего лежало в пакетах, набитых новыми шмотками: нежно-розовую блузу с коротким рукавом и легкие темно-коричневые брюки. Ткань одежды была настолько приятной на ощупь, что хотелось себя гладить не переставая.

Так я и вошла на кухню, продолжая незаметно поглаживать брюки на бедрах.

— Времени на еду уже нет, — отчеканил Рома, явно упрекая меня в том, что слишком долго собиралась. Возможно, последние полчаса я двигалась не так быстро, как того хотелось бы, ведь была занята важными мыслями. И пришла к выводу: сны как-то связаны с тем, знает ли Мартин, где я ночую. Раньше за мной следил Рома, поэтому на новой квартире все равно приснился сон. А сейчас он отказался сообщать Мартину мое местонахождение, и результатом тому спокойная ночь без кошмаров.

— Надо было раньше меня разбудить, — ответила, скользя взглядом по мускулистой обнаженной спине. Рома стоял, повернувшись лицом к столешнице, и интенсивно размешивал что-то в стакане с водой.

— Держи, — протянул мне минуту спустя.

Опустив глаза, я приняла стакан.

— Что это?

— Витаминный коктейль. Пей, перекусим по дороге.

Прохладное стекло стакана холодило руку. Я смотрела на слегка помутневшую воду, понимая, что сейчас не выдержу. Как же меня злил Рома! Он специально ходит передо мной без футболки? Ожидает восхищенной реакции на его потрясающее тело, которую, я уверена, наслышался от сотни других девушек? Я не хотела доставлять ему такого удовольствия.

Возможно, у него с Мартином какие-то давние счеты и лишь поэтому Рома увез меня, чтобы отомстить. Заодно приодел, а потом похвастается «другу», что я хожу в купленных им шмотках.

Пусть так. Мне не остается ничего другого, кроме как, будучи пешкой на шахматной доске между двумя друзьями, вынести из разыгранной партии хоть какую-то выгоду. Пока я не увижу, как вообще выйти из игры.

— Оденься. И не ходи передо мной больше без футболки.

Дрожащей рукой я поднесла стакан к губам и выпила сладковатую жидкость. Сказать эти слова вышло проще, чем я думала, но после них меня вмиг обдало жаром.

— Смущаешься? — хмыкнул Рома.

Окончательно вскипев, я со стуком водрузила стакан на стол. Подняла взгляд к бесстыжим зелено-карим глазам.

— Да! Я, черт бы тебя подрал, смущаюсь! Передо мной еще никто не разгуливал дома наедине в таком виде! Кроме Мартина, у меня никого не было! И то, у нас не заходило дальше поцелуев! А ты… — я вскинула руку и с остервенением ткнула в Рому. — Совести у тебя нет!

Его лицо вытянулось, а вместе с этим губы сжались, сдерживая улыбку. Я чувствовала, как стыд накатывал на меня все новыми жаркими волнами, а щеки буквально пылали. Видимо, ошиблась. Мартин не говорил другу о том, что я девочка.

Ожидая ответа, не сводила с Ромы глаз. Сначала он едва сдержал смех, но теперь в его взгляд вернулась серьезность.

— Мне жарко. Лето на дворе.

Ну конечно. Сложно не заметить, что он напоминает по температуре ходячую печку.