Брежнев и Насер. Из истории советско-египетских отношений. Документы и материалы, 1965–1970 [сборник]

А. Н. Косыгин. Да, этот вопрос проходил в печати.

Л. И. Брежнев. А что канал очень засорен, много потребуется времени на его восстановление.

Г. А. Насер. Работы по очистке канала могли бы занять 4 месяца. Кроме этого, еще месяца три понадобилось бы для работы землечерпалками, так как идут отложения песка и поэтому необходимо провести углубительные работы.

Л. И. Брежнев. Значит, в случае урегулирования уйдет еще 7 месяцев для восстановления канала. В Вашем выступлении Вы сказали, что можете потерпеть еще год, но дальше будет очень трудно. Как можно это понимать? По-товарищески, разъясните нам это.

Г. А. Насер. Израильская оккупация накладывает определенный отпечаток на общее настроение. Наш народ хочет, чтобы евреи немедленно убирались о наших территорий. Сейчас прошло уже 13 месяцев с тех пор, как наши земли были оккупированы. Пройдет еще год. Это трудно, но можно и придется держаться. Затем наступит третий год, а израильские войска все еще оккупируют наши территории. Народ поймет, что практически мы сдались израильским агрессорам, капитулировали перед ними. Конечно, у нас есть люди, которые предлагают договориться с американцами, считая, что это единственный выход в сложившихся условиях. Такие люди были и в правительстве. Они предлагали получить помощь и займы от Соединенных Штатов, мотивируя это тем, что наша страна не сумеет и не сможет выстоять в этой ситуации. Они считали, что положение с экономической, политической и военной точек зрения будет ухудшаться, и поэтому, мол, единственный путь решить эту проблему — это договориться с американцами. Существуют другие мнения, которые заключаются в том, что подобное решение означало бы полную капитуляцию, потерю независимости и в этом случае мы становились бы не более, чем рабы. По этому вопросу произошли острые разногласия, Закария Мохиэддин ушел в отставку. Я считаю, что наша страна выстоит политически, экономически и сможет восстановить военного мощь. Но такое положение может продолжаться год, максимально два, и, естественно, имеет свой предел. Сейчас я говорю, что в данный момент мы не можем наступать, но через год мы сможем вести бой. Народ понимает это. Я говорю это не в публичных заявлениях, а во время встреч с кадровыми работниками и на всевозможных встречах с работниками аппарата внутри страны. Они понимают ситуацию, когда я им разъясняю в этом плане, но если я скажу им, что я не знаю, когда мы прогоним Израиль, то сложится чрезвычайно трудное положение. Мнение о необходимости договориться с американцами по этому вопросу бытует больше в среде интеллигенции, а не в среде рабочих и крестьян. Вот уже прошел год, даже больше. Еще можно будет терпеть год, полтора, а после мы очутимся в очень трудной ситуации.