Наша прекрасная страшная жизнь. Рассказы

– Вот гадство, везёт же нам! Надо ж так нарваться! – Виктор сам слышит дрожь в своём голосе. – Давай-ка в темпе к дороге – шутки плохи.

Но не успевает он сделать и пяти шагов, как левый сапог его проваливается, черпает воды.

– В лоб твою мать!!!

Виктор шмякает кепку об землю: как же это он забыл? Ведь здесь – болото, и они впоролись по узкой косе в самую его сердцевину.

– Бегом! – Виктор поворачивается, подхватывает жену под локоть. – Бегом, Марина, бегом!

Он запинается о свою корзину, с проклятием отшвыривает её ногой.

Только-только выскакивают они на крыло болота, как невдалеке за деревьями возникает голубое пятно. В сапоге оглушительно чавкает болотная жижа. Виктор, ступая левой ногой только на носок, съёживается и, увлекая за собой Марину, крадётся вправо. Ему почему-то мнится, что эти хотят обогнуть болото другой стороной.

И – снова промашка. Оставив топь за спиной, Виктор вытягивается во весь рост, оглядывается и видит убийц в страшной близости за деревьями.

«Мамочка моя! Может – опять сон?» Но Виктор с тоскою сознает: это – не сон.

Вдруг передний из них, тот, в голубой куртке, машет им рукой, что-то властно кричит. Ветер сминает, отбрасывает слова. Коренастый начинает снимать с плеча автомат…

Виктор подхватывается и, уже не таясь, бросается прочь в полную мощь своих длинных ног. Бежит зигзагами, в ушах – свист, ветки так и норовят вышибить глаза. Виктор, выставив ладони, на лету расчищает перед собою спасительное пространство.

«Марина!» – словно вспышка в мозгу. Он выкручивает на мгновение шею: жена, нелепо подпрыгивая и размахивая руками, во всю мочь несётся за ним.

– Не отставай! – хрипит он и наддаёт сильнее.

Только б выскочить на дорогу! Только б не сбиться в сторону!

Нежданно, как из-под земли, перед ним вырастает высокий зелёный забор. Поверху топорщится в два ряда колючка. Доносится злобный брех собак. То ли склад какой, то ли – тюрьма? На тюрьму не похоже – вышек нет…

Виктор затравленно дышит, туго, с трудом соображает. Влево плотный забор уходит в тёмную глубь леса, сливается с ним, кажется бесконечным. В другой стороне виден обрыв деревянной стены, вероятно – угол. А где же ворота?

Марина подбегает из последних сил. На перекошенном от изнеможения и страха лице очков нет. На лбу кровавится ссадина. Подломив неловко ноги, жена падает, упирается в землю руками перед собой: дыхание – со всхлипами, голова мотается вверх-вниз, вверх-вниз…

«Сил у неё не хватит… нет, не хватит…», – свербит в голове Виктора. Он одёргивает себя, встряхивается.

– Снимай штормовку и свитер.

Сам скидывает с себя рюкзак, куртку, олимпийку. Хватается за пояс – ножа в чехле нет. Топорик – оставить? Да толку от него против автомата, только бежать мешает…