Проданная чернокнижнику

— К тому же, — продолжил он, не заметив моего смятения, — Турри необычен. По крайней мере, в выборе нарядов. Не удивлюсь, если родители обрадовались, когда он решил заняться портняжным делом — какое-никакое, а объяснение таким его вкусам. Однако мы отвлеклись. Что все-таки тебя встревожило?

Я колебалась не дольше секунды. Да, шансов, что Самаэль ответит прямо, мало. Но лучше рискнуть и спросить, чем продолжать теряться в догадках.

— Я хочу узнать о проклятии чернокнижников. Тогда, после случившегося в дилижансе, ты упоминал о нем…

Самаэль помрачнел. Казалось, даже его тьма зашевелилась недовольно, рассерженно.

— Все-таки Турри, — процедил он сквозь зубы.

— Турри тут не при чем, — возразила я поспешно и, протянув руку через стол, сжала пальцы Самаэля. — Дело во мне. Это я становлюсь нетерпеливой, возможно, даже чересчур любопытной… но такова моя природа. Тайны прошлого, загадки настоящего — я хочу во всем разобраться.

— Проклятие чернокнижников не связано с твоим прошлым.

— Знаю. Но оно связано с тобой.

— Что, — в голосе Самаэля зазвучала сталь, — боишься, оно помешает тебе в поисках ответов?

Пальцы под моей ладонью затянула тьма, скрывая под наведенными перчатками. В груди болезненно ухнуло.

— Нет! Вовсе нет! Я просто хочу понять…

— Что именно?

— Тебя.

Самаэль хмыкнул. Все так же холодно, надменно. Однако, как мне показалось, уже не так отталкивающе. Несколько минут он молчал, прожигая меня взглядом, но только я не дрогнула, даже руки не убрала — так и сидела, сжимая в пальцах мужскую ладонь. Пусть я не понимаю, что за проклятие преследует чернокнижников, но я вижу, как Самаэль устал от него. Самаэль уже дал мне немало — правду о прошлом, силы принять собственный дар в настоящем, шанс на будущее. И если я в силах помочь ему хоть чем-то, пусть даже самую малость, я хочу это сделать.