Избранные произведения в одном томе

— Одинокий, эмоционально сдержанный тип. Активен по ночам, склонен к ведению записей, дневников. — Увлекшись объяснениями, он подался вперед. — Этот конкретный человек гораздо опаснее большинства серийных убийц.

— Гораздо опаснее?! — Меня буквально передернуло от этих слов. — То есть как это?

— Большинство серийных убийц выбирают себе только тех жертв, с которыми могут справиться, и таким образом долгое время ухитряются не попадаться. А вот маньяки представляют себе убийство как некую задачу, что-то вроде сверхмиссии. Они готовы пойти на что угодно, лишь бы осуществить эту миссию, — даже умереть.

Я успокоила дыхание, прежде чем поинтересоваться:

— А вы отследили кодовое имя Койота? Оно имеет отношение к проекту «Южная звезда»?

— Это я не готов комментировать.

— Мой источник просил меня передать информацию аккуратно, чтобы вы могли обойти все углы, касающиеся государственных спецслужб. Вы обошли эти углы?

Памятуя об извечном соперничестве ФБР со спецслужбами, я надеялась, что Хини почтет за удовольствие поймать их на таком промахе.

— Не совсем, — ответил он. — «Койот» — имя расхожее. Оно бьет в самую точку и полностью отражает суть независимо от того, является ли кодовым и выдано ли какому-то секретному оперативнику закрытой службой или нет. Койоты — одинокие ночные охотники. Каждую ночь они выбираются за добычей, и в этом ничем не отличаются от простых серийных убийц.

Его манера держаться ничуть не изменилась, но в глазах уже не было прежней безмятежности. Теперь в них читалось нарочитое спокойствие человека, заглянувшего в преисподнюю и услышавшего доносящийся оттуда вой.

В разговор снова вступил Томми:

— А ты не знаешь, почему этот твой источник обратился именно к тебе? Если, конечно, не учитывать, что ты журналист.

— Я из Чайна-Лейк. Жертвы были моими одноклассницами.

— Нет, это вряд ли. А вот «Южная звезда»… Твой отец, случайно, не работал над ним?

Я вдруг поняла, что и впрямь чувствую себя ужасно. Ныло и болело все — голова, руки, ноги и живот.

— Отец работал в морской авиации, занимался безопасностью полетов. Мой источник утверждает, что «Южная звезда» не имела отношения к военно-морскому флоту, а стало быть, и отец не мог в этом участвовать.

Мне никто не ответил.

— Вы считаете, что мой отец был цэрэушником, — сказала я. — Так вот, он им не был. А если бы и был, я бы об этом не узнала. И вы тоже.

Томми зажал в руке горстку соленых палочек.

— Эван, а не твой ли отец является этим источником?

Правильно. За этим они сюда и приехали. Встали до зари и отмахали ни много ни мало сотню миль.

— Нет, Томми. — Я смотрела на него в упор. — Не он.

Уж не знаю, прочел ли он это в моих глазах или уловил в интонации, но, кажется, поверил. По движению его плеч я поняла, что он испытал облегчение.

— В таком случае не мог бы твой отец оказать нам содействие в расследовании, предоставив полезную информацию? Как ты думаешь?