Электронная книга - «Перерождение в отомэ (СИ)». Краткое содержание книги:
– Энма, прости, что так вышло, – Савада считала, что миллиона извинений будет мало за все убитые сейчас нервные клетки друзей. – Только не подумай, что я для этого сомнительного дела выбрала тебя из-за… ну, всяких недопониманий в прошлом.
Она боялась, что Козато это сочтет за месть. Или за издевательство. Мол, хах, мой отец убил твою семью, а теперь я превращаю твою жизнь в ад.
Она реально не планировала для исполнения плана использовать Шимон. Ей всего-то нужны были чьи-то часы на пару минут. Если Тсуномичи не соврал, то часы пишут видео и звук именно во время битв. Вероятно, Кавахира мог подслушивать и в любое другое время, но образ вполне себе уважаемого и достойного человека не позволял думать о нем, как о шпионе или ненормальном сталкере. Да и нужно ли ему слушать все, что обсуждают команды? В общем, отталкиваясь от того, что Кавахира точно следит за битвами, Тсуна нашла простой способ с ним связаться и выдвинуть условия. Она могла одолжить часы у Хаято, Такеши или Рёхея, не парясь ни о чем, но не повезло. Ну конечно же, не повезло. Как иначе?
Они уехали, а интуиция громко вопила, что битва вот-вот начнется и что надо спешить. Тогда-то Тсуне в панике пришлось искать альтернативу, казалось бы, беспроигрышному и легчайшему плану. Надо было искать других обладателей часов. Хром она не нашла, как и всех из команды Верде. Их не было дома, куда она быстро добежала. Отец прямо перед ней ушел куда-то, и где команды Колонелло она не знала. Да и, если бы знала, то обратилась бы к ним в самую последнюю очередь.
Очевидный вариант – Дино, Ромарио и Ланчия. Но дозвониться до них не вышло, а бежать в отель Тсуна не спешила. Она не знала, поехала ли вторая половина команды Реборна к Джиглио Неро. А если нет, то Вария в том же здании мешала задумке. Перед Занзасом не вышло бы нормально представить Вендиче, он бы просто-напросто подорвал ее за наглость.
На Кёю рассчитывать не стоило, но Тсуна позвонила и ему. Он тоже не взял трубку.
И как-то так у нее не осталось выбора, пришлось связываться с Энмой и узнавать, где они. Вот так все и обернулось тем, что она, Шимон, Скалл и Вендиче делили сейчас одну гостиную. Как ни посмотри, а зрелище выходило наистраннейшее.
– Я бы никогда не подумал, что ты пытаешься как-то навредить мне и моей семье, – слова Козато выводят ее из задумчивости. Парень ей слабо улыбался, сжимая руку, которой девушка передала часы. – Я верю, ты знаешь, что делаешь, – вот в этой фразе было уже поменьше уверенности, как и во взгляде Энмы на черные фигуры у другой стены, не внушающие доверия.
– Ага. Типа того.
Тсуна пыталась понять, как все до этого дошло. Как последние дни превратились в тайные побеги к Вендиче и предательство – это никак иначе не назвать – Реборна.
Все началось в ее день рождения. Ее ноги застыли прямо напротив ее дома, и Тсуна, не способная контролировать свое тело, развернулась и побрела куда-то… к базе Вендиче. Их пламя, которое называлось слишком тупо и пафосно – пламя Мрака, имело разные интересные способы применения: боевые, скрытные и контролирующие. Под последнее она и попала. Их пламя срослось с ее тенью, позволяя немного управлять ее движениями. У Тсуны были свободны руки, она могла говорить, но вот ноги предательски несли ее в неизвестное место. Она уже отчасти была знакома с этим чувством, попадалась уже при поездке в Италию для встречи с Вендиче, именно поэтому, догадавшись, она и не стала никому звонить и просить помощи. Она была готова встретиться с последствиями старых решений.
Все просто. У них был договор: Мукуро в обмен на содействие в снятии проклятия.
Вендиче ненавидели Шахматноголового, презирали его своими мертвыми телами и почти мертвыми душами, желали его смерти. Конечно, она спросила причину, но Вендиче не особо любили раскрывать свои карты. За все время их странной кооперации они почти не делились информацией, даже свой план объясняли неохотно. Но Тсуна, наполовину догадавшаяся о правде, спрятанной за их бинтами, высказала пару предположений. Она была так близко к разгадке, что Стражи Вендикаре немного посвятили ее в их прошлое.
Ненависть была оправданной настолько, что Савада сама поменяла мнение о Шамане. Не в лучшую сторону.
Разумеется, такое стремление прервать жизнь Шахматноголового сопровождалось слежкой. Вендиче старались узнать все о передвижениях и задумках их врага, поэтому Битва Представителей не осталась незамеченной. Они прибыли в Намимори и припомнили старый должок будущей донны Вонголы.
В тот злополучный день, который девушка трижды прокляла, перед ней появился выбор от Системы. Согласиться помогать Вендиче в знак оплаты долга или отказаться. Ага, снова иллюзия выбора. Она могла сказать «нет», честно, могла, но к чему бы это привело? Ни к чему хорошему ни для нее, ни для всей семьи.
Поэтому-то она и не присоединилась к команде Реборна, увиливая и играя с ложью. Ей нельзя было выбирать других Аркобалено. Ее партнеры – Вендиче. Шаг в сторону – предательство и крах всего.
Тсуна часто ходила к своим новым «друзьям», чтобы обговорить их будущие действия. Ну, как обговорить? Убедить никого не убивать и доверить ей основное.
У Тсуны был план. Очень четкий план, такой четкий, что еще чуть-чуть и, глядишь, треснет по швам. В общем, великолепный план. Надежный, черт возьми, как швейцарские часы! Но иного выхода не было. Она не могла рассказать все Реборну и ребятам, потому что Вендиче и так ждут от нее подвоха и скрывают все, что ей знать, по их мнению, не надо. С самими Стражами она тоже не может быть честной. Она на их стороне – это несомненно, но в этом сотрудничестве она пыталась найти выгоду не только для Вендиче, но и для всего мира. Кавахире доверять больше было нельзя. И рассказывать о нем тоже.
Ей ничего и никому нельзя было говорить, бдительное наблюдение не позволяло, лишнее слово грозилось перерасти в куда большие проблемы, чем были сейчас.
Каким-то образом всего за пару дней она оказалась отрезанной от всего мира. Такой одинокой она давно себя не чувствовала. Но, черт, ради всеобщего блага можно было потерпеть.
Тсуна дергается, в который раз за вечер выныривая из омута своих раздумий.
– Не будем тут задерживаться, – сказала она окружению. – Спасибо за помощь.
– Ангел, точно все хорошо? – взгляд снявшего шлем Скалла такой искренний, что Тсуна не понимает, чем заслужила его.
– Ага.
– Если что, то ты можешь рассчитывать на меня.
Она две минуты назад грозилась выкинуть его команду из сражений, забрать часы и мечту, а он…
Тсуна присаживается и в порыве обнимает Скалла, шепча:
– Спасибо, но пока рано.
Аркобалено смотрит на нее с беспокойством, а на Вендиче с опаской. Он читает между строк, понимая, зачем Тсуна говорила так тихо. Что бы ни происходило, перед ужасом всей мафии ей нельзя было раскрываться.
Плохое у Скалла предчувствие.
– Ух, ну ладно, я пошла, – Тсуна поднялась на ноги и растянула губы в улыбке.
Впервые у Скалла не екало сердце от улыбки его ангела, потому что она была неправильной.
– Ох, и да, я не имею права попросить держать вас все случившееся в тайне, но… если не трудно…
Энма не успевает ответить, так и оставляя секретом, согласился бы он с ее просьбой или нет. Запищавшие часы, оглашавшие конец раунда, его прервали. На этом, к великому сожалению Тсуны, звук не прекратился, ничего не закончилось. Все только начиналось.
– Йоу, меня видно? Слышно? – ее собственный голос лился из боковых динамиков часов.
– Это… – Савада наклонилась к Энме, заглядывая в небольшой экран, а потом посмотрела на часы Скалла. То, что шимоновцы уставились на свои циферблаты, давало понять, что и они видят то же, что и она.
Себя и сцены пятиминутной давности.
– Господин Шахматноголовый, ответьте! – мини-Тсуна в часах продолжила уже знакомую всем речь.
– Твою ж! Он крутит видео на всех часах! – она ни капли не сомневается, что у других Аркобалено дела обстоят аналогично. Прямо сейчас абсолютно все наблюдают то, что она сотворила. – Нет! Черт! Я же…
Реборн это увидит. Узнает, на кого она променяла его.