Джими Хендрикс. Предательство
- Автор: Лоуренс Шэрон
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: It Books
- ISBN: 9780060563011
- Переводчик: Александр Виноградов
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Джими Хендрикс. Предательство». Краткое содержание книги:
Резонируя с непосредственным присутствием и с собственными словами Хендрикса, эта книга - это яркая история молодого темнокожего мужчины, который преодолел свое бедное происхождение и расовую сегрегацию шестидесятых и превратил себя во что-то редкое и особенное.
Шэрон Лоуренс была высоко ценимым другом в течение последних трех лет жизни Хендрикса - человеком, которому он достаточно доверял, чтобы быть открытым. Основанная на их обширных беседах, большинство из которых никогда ранее не публиковались, эта яркая биография позволяет нам увидеть жизнь Джими его собственными глазами, когда он описывает свое суровое детство, его раннюю борьбу за то, чтобы стать музыкантом, и его радость от признания сначала в Британии, а затем в Америке. Он говорит о своей любви к музыке, своем разочаровании в индустрии звукозаписи и своем отчаянии по поводу юридических проблем, которые преследуют его.
Включая основные сведения из более чем пятидесяти свежих источников, которые ранее не цитировались, эта книга также является показательным расследованием событий, связанных с трагически ранней смертью Джими и тем, что произошло с его наследием в последующие тридцать пять лет.
«Я могу представить себе день, когда все материальное будет извлечено из меня, и тогда тем сильнее будет моя душа.» — Jimi Hendrix, лето 1969.
«Неопровержимое, противоречивое чтение» — Mojo
«Отлично читающийся, это увлекательный рассказ о человеке с волшебными пальцами ... который заслужил гораздо больше от жизни.» — Sunday Express
«Лоуренс стремится исправить ситуацию и восстановить истинное наследие Хендрикса .... Исправляя ложь и сохраняя факты, книга Лоуренс становится необходимым дополнением к библиографии Хендрикса.» — Chicago Tiribune
«Лоуренс ... дает представление инсайдера о конце шестидесятых и начале семидесятых. Лучшее это непосредственные воспоминания Хендрикса ... которые раскрывают человеческую сторону музыкального Мессии.» — Library Journal
«Душераздирающая история .. новаторская работа» — Montreal Gazette
«Тесные связи Лоуренс с музыкантом и ее хорошо написанное повествование делают эту книгу желанным дополнением к канонам Хендрикса.» — Publishers Weekly
Барри Венцель, талантливый фотограф, снимки которого украшали обложки самых популярных лондонских музыкальных изданий, нащёлкал множество кадров с Джими, а снимки, сделанные им на приёме в гостинице Европа, он признал самым ценным трофеем за всю свою карьеру фотографа.
— Мы все в ММ полюбили его, — рассказал мне Венцель, даже не пытаясь сдержать улыбку от нахлынувших на него воспоминаний. — Крис Велч первым из нас увидел его, в клубе Мешок гвоздей. Вскоре мы все прямо заболели его музыкой, его артистизмом. Мы все искали случая побеседовать с Джими, этим лучшим парнем нашей планеты!
Пару лет позднее Джими в разговоре со мной поделился своим взглядом на это его награждение, устроенное газетой ММ.
- 1967 год оказался очень и очень напряжённым, мне ни разу не удавалось поспать более пяти часов. За те два дня после приёма, а мы были уже в дороге, я принадлежал самому себе всего три минуты, чтобы, чистя зубы, перевести дыхание и собраться с мыслями. Слёзы текли из глаз и, пытаясь смыть их, я только больше размазывал по лицу остатки зубной пасты.
Возвращаясь в Англию, он ещё не знал, что поп элита уже признала его, слишком быстро и слишком многое произошло за это короткое время.
— 1967 год был лучшим годом моей жизни, — сказал он мне.
— Нас хорошо приняли тогда, в Париже, в том октябре, и они по–прежнему любят нас, — сказал он мне с гордостью. — Стоя на сцене и смотря на первые ряды, мне казалось, что в зале сидят одни наши друзья, так тепло они нас встречали. Я всматривался в их глаза, и, казалось, мы понимали друг друга с полуслова. То было время, когда я хотел только одного — играть, как можно больше играть.
Он мечтательно улыбнулся и добавил:
— Если бы меня спросили, где бы я хотел жить, я бы, не задумываясь, ответил — в одном из этих старинных домов, окнами выходящими на Сену. Мне бы хватило совсем небольшого места, где я бы мог укрыться от всей своей оставшейся жизни. Где бы я мог проигрывать все свои записи, мог думать, мог мечтать и мог строить планы на будущее. И ещё — я брал бы уроки рисования там, в Париже.
Четыре человека — Час Чандлер, Майкл Джеффери, Мич Мичелл и Ноэл Реддинг — чьи жизни были вплетены в судьбу Джими, даже не догадывались насколько далеко устремлены были его мечты. Когда же они или журналисты, или мать Ноэла, или же родители Мича интересовались его детством, юностью, Хендрикс только слегка касался этой темы, скупо комментируя свои воспоминания о Сиэтле, о своей семье, о службе в армии, о Читлин–круге, непременно возвращаясь к предательствам, бедности, страхам, лишениям и одиночеству, неотступно следовавших за ним. Весь этот "печальный опыт" — так он характеризовал всю свою прежнюю жизнь — был глубоко запрятан в самом тёмном тайнике его памяти. Хорошее настало только здесь и теперь.
В то время как его "вымпел чудака" взвивался всё выше и выше, Чалпин размахивал своим, даже, может быть, поднимая его ещё выше — октябрьским 1965 года соглашением в одну–единственную страничку, подписанным Хендриксом тогда, в Нью–Йорке. Майкл Джеффери и Стив Вайсс, поверенный, с которым теперь вели дела Джими и Майк, объясняли своей звезде, что Чалпин, возможно, будет искать с ним встречи, чтобы продолжить студийные записи, может быть, даже сделать и концертные, пока не разрешится эта проблема. Джими с трудом переводил дыхание, внимательно слушая, как Джеффери и Вайсс обсуждали при нём всё возрастающую угрозу со стороны Чалпина. Со времени смерти матери давно его ничто так не волновало.
Но проблеме Хендрикс/Чалпин так и не суждено было никогда не разрешиться.
Быть чёрным и играть блюз
Час высоко ценил журналистов. Вполне уверенный в готовности Опытов, начать мировые гастроли, о которых Джими Хендрикс и его группа так мечтали и как бывший участник Animals, он знал не с чужих слов, каково верно вовремя направить прессу, в особенности основные национальные газеты и цветные еженедельники и журналы. Он заботливо сохранил свою коллекцию вырезок и объявлений, от самых незначительных — о выступлениях Animals в окрестностях родного Ньюкасла, до больших обзорных статей и интервью в лондонских музыкальных еженедельниках и фотографий в цветных американских журналах, ориентированных на подростковую аудиторию. Он рассчитывал заинтересовать Лесли Перрина, вдумчивого, широкой души человека средних лет, самого почитаемого в Бурлящем Лондоне музыкального пресс–агента. Как авторов статей Перрин знал ценность каждого журналиста во всём Объединённом Королевстве. Лучшие лондонские издатели и репортёры были его друзьями, и они все часто встречались на Флит–стрит в клубе "Парик и перо", пили, бузили, но от них зависели судьбы многих людей.