Саит

— Что? — мой голос поднимается на несколько нот выше, я вскакиваю на ноги и вылетаю из комнаты быстрее пули, быстрее, чем Мадина успевает что-то еще сказать.

Несусь вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, бегу в сторону кабинета, где чаще всего сидит дядя. Сегодня утром приехал дедушка, чувственно расцеловал в обе щеки, пообещал, что пристроит мою красоту в надежные руки. Черт! Если бы я только прислушалась к его словам, уже утром закатила скандал, но мои мысли явно заняты не дедушкой.

— Что все это значит? — врываюсь в кабинет. Сердце бешено стучит в ушах от быстро бега, глаза сверкают от гнева, я готова сражаться за свою свободу до конца. Дядя и дедушка секунду смотрят на меня не мигая, потом одновременно начинают улыбаться.

— Дева, солнышко наше, почему ты до сих пор не собрана? — дедушка встает со стула, направляется ко мне, я отшагиваю в сторону. Карие глаза опасно сверкают, предупреждают меня не сопротивляться, не устраивать сцен. Однако дедуля периодически забывает, что характером я пошла в маму, которая сбежала из дома, когда той было восемнадцать лет.

— Что вы задумали? Почему я узнаю от Мадины, что сейчас придут старшие родственники из семьи Омара? — вызывающе приподнимаю подбородок, смело смотря в гневные глаза своего дедушки.

Мы пытаемся друг друга пересмотреть, упрямо сжимая губы. К моему удивлению, дедушка первый сдается. Он отворачивается и подходит к окну, заложив руки за спину.

— Омар просил твоей руки перед поездкой в Лондон.

— Вы забыли меня спросить, хочу я за него замуж или нет, — скрещиваю руки на груди, смотря деду в спину, иногда обращаясь взглядом за поддержкой к дяде, но тот делает вид, что разговор его не касается.

— Разве согласие девушки имеет значение? — дедуля оборачивается, насмешливо кривит губы. — Я дал ему свое добро.

— Во-первых, я никогда не была в твоей собственности, чтобы решать мою судьбу. Во-вторых, я родилась и выросла по законам Канады. В-третьих, мой отец никогда не поддержит твою идею выдать меня замуж против моей воли!

— Твой отец канадец! Именно из-за него умерла моя дочь! — крик закладывает уши, я сжимаю зубы, глуша резкую боль в груди. — Это не обсуждается, Дева!

— Еще как обсуждается! Я не выйду за Омара замуж!

— Это почему же? Он тебя любит и готов все положить к твоим ногам!

— Сдается мне, что между тобой и его семье есть какая-та договоренность, потому что ни один нормальный мужик с гор не захочет жениться на порченной девушке!

— Что? — лицо дедушки на глазах меняет цвет, мне кажется, что его вот-вот хватит удар. Я стойко выдерживаю его пылающий яростью взгляд, хотя коленки от страха подгибаются. Впервые вижу его в таком гневе, когда может и убить, рука не дрогнет. Убивать ему вряд ли выгодно, вместо этого дедушка оказывается возле меня, хватает больно за локоть и дергает на себя.

— Что ты сказала, дерзкая девчонка? Повтори!

— Я сказала, что не выйду за Омара замуж! Он знает, что я люблю другого мужчину! — если бы на кону не стоял вопрос моей свободы, драпанула из кабинета быстрее лани, но приходится терпеть боль в руке и ощущение беспомощности.