Электронная книга - «Конец партии: Первая искра (СИ)». Краткое содержание книги:
Анжела скривила губы.
- Ни хрена. Мы же целуемся… иногда… кое-как…
Я со вздохом развела руками:
- Даже не знаю, что посоветовать…
- Вот хрень, - протянула Анжела. - Веришь, я себя чувствую шлюхой, которая за деньги и подарки… Хотя мне даже ноги раздвигать не приходится! Бред, в общем, какой-то.
- Выйди за него замуж, - усмехнулась я и потянула к губам кружку. И тут Анжела так серьезно на меня посмотрела, что мне, признаюсь, стало страшно.
- Будешь ржать, но я реально об этом думаю.
Вот тут я все-таки подавилась и долго кашляла и отплевывалась, попутно изгваздав себе всю майку. Энжи наблюдала за мной мрачно, ритмично постукивая кончиками пальцев по столу.
- Ты… ты что, с ума сошла? - вопросила я, да так, что на нас обернулись некоторые посетители кофейни. - Ты о чем думаешь? Он же… он же, считай, без средств!
Анжела, которая гордо воротила нос от носившего ей цветы студента только потому, что у него нет иномарки, ответила:
- Ну, всех денег не заработаешь…
- Да… у него квартиры нет!
Анжела, которая на моих глазах заявила поджидающему ее у подъезда милому парнише: “Я же тебе сказала, без жилплощади - пошел нахрен”, ответила:
- Можно снимать…
- Да он же… - я, обезоруженная, не знала даже, что еще можно сказать, - да он же…
Анжела ответила:
- Вместе - как-нибудь прорвемся.
- Да что с тобой такое? - спросила я, чувствуя свое полное бессилие. Энжи всегда было невозможно переубедить.
- А ты не поняла? Я влюбилась. По уши, как в пятнадцать лет. Даже хуже.
Я просто смотрела на нее и хлопала ресницами. Влюбленная Анжела - это всегда было нечто из разряда чего-то настолько невозможного, за появлением чего должен был неизбежно последовать апокалипсис. Но нет, подруга произносила все это спокойным, почти смиренным тоном, а мир рушиться отнюдь не собирался.
- И мне иногда стремно, - проговорила она, поворачивая голову и глядя за окно, на щедро поливаемый дождем проспект, - куда это может меня завести…
Я себе этого даже не представляла.
Вопрос, откуда Павел берет деньги на то, чтобы водить Энжи по ресторанам и дарить ей недешевые безделушки (увенчанные изумрудами серьги я видела своими глазами, и стоили они не одну тысячу минимум), мучил меня недолго, и ответ на него дал, как ни странно, Андрей.
- Ну, я его пристроил, - лениво сказал он мне, когда я поделилась с ним своими сомнениями. - А что ему штаны просиживать, пенсию ему за двести лет никто не выдаст. Пусть работать идет.
- Пристроил? - холодея, спросила я. - Куда?
Зная, что от Андрея можно ожидать чего угодно, я опасалась услышать ответ. Но мой парень, как ни странно, не устроил никакой каверзы:
- Историческим консультантом, кем еще. У меня друг есть, он в кино работает, они сериал какой-то собирать снимаются, про Екатерину, вроде. Ну, я и сказал, есть у меня, мол, специалист…
- И что? - я все пыталась найти в его словах какой-то подвох. Андрей посмотрел на меня, как на дурочку.
- Что “и что”? Работает он. Они ему концепты шлют, чертежи всякие, он поправляет. Работы там, скажу, непочатый край, так что неудивительно, что у него бабки завелись.
Все выходило слишком складно и просто, чтобы поверить, что так оно и есть.
- А ты не боишься, что они его спалят?
Вот тут Андрей заржал.
- Спалят? Как? Во-первых, они его в глаза не видели, деньги на вебмани переводят… а, во вторых, как бы они его спалили? Заорали: “Ололо, смотрите, это император, он восстал из мертвых”? Им что, в дурку охота? Да его и не узнает никто, просто не подумает, что такое возможно.
К последней его фразе я отнеслась с огромным скептицизмом, но промолчала и перевела разговор на другое. А тем же вечером мне выпала возможность на личном опыте убедиться, что Андрей был целиком прав.
Ничто, как говорится, не предвещало беды. Я открыла дверь квартиры, шагнула в прихожую и привычно бросила короткий взгляд на вешалку: плаща Павла не было, значит, мой квартирант куда-то отлучился. Я успела снять кеды и потянуться повесить ветровку, прежде чем до меня дошло осознание, что что-то не так.
На одном из крючков висело изрядно потрепанное, но еще сохранившее вид клетчатое пальто.
О, нет.
- Наталья!
Я пожалела, что не осталась у Андрея. Бури, конечно, все равно было не избежать, но можно было бы ее хоть как-то отсрочить.
- Наталья!
- Привет, мам, - как можно более жизнерадостно поприветствовала я вышедшую из Павловой спальни родительницу. За те три месяца, что я не видела муттер, она успела перекрасить волосы из темно-рыжего в каштановый и обзавестись новой юбкой, которая ей очень шла, а главное - визуально увеличивала рост, что при ее полутора метрах очень, очень важно. Не раз и не два, помнится, я благодарила отца за то, что хотя бы позволил мне немного вытянуться: если верить фотографиям, он был выше матери почти на полторы головы, что и дало мне шанс набрать мои вечные сто шестьдесят восемь. Поэтому на маму я могу смотреть сверху вниз, но, когда она впадает в ярость, мне это не особо помогает.
- Классно вы… - начала я, и мне в нос тут же ткнули одну из Павловых рубашек.
- Наталья, это что?
- Это… это… - я ощутила себя нашкодившим щенком, за которым вынуждены убирать. - Это… рубашка…
- Я вижу, - ядовито ответила мама. - Чья?
- Ну… - я пожалела, что не вижу часов: Павел обычно возвращается с вечернего променада около восьми, если он придет сейчас, ему грозит верная смерть. - Это… у меня квартирант теперь живет…
- Квартирант? - возмущенно переспросила мама. - Какой еще квартирант?
- Ну… - я поняла, что, хоть и предчувствовала вскорости подобный разговор, совершенно к нему не готова. - Ну… его Павел зовут…
На секунду мне показалось, что у матери сейчас глаза вылезут из орбит.
- Ты серьезно? Ты поселила у себя парня? А Андрей?
- Андрей не против, - никогда, ни при каких обстоятельствах моя мать не должна была узнать о Терпсихоре и всем остальном. - И вообще, Павел не парень, он… он немного постарше.
Похоже, это было ошибкой: в муттер мгновенно проснулся старший инспектор полиции нравов.
- Наталья, как это понимать? Ты сожительствуешь с мужчиной?!
- Я не сожитель… то есть, мы живем вместе, но не сожит… это не то, что ты подумала! - не оставляла я попыток объяснить. - Мы не спим! Он просто… просто снимает у меня комнату! И вообще, он нормальный…
- Что ты предлагаешь мне понимать под словом “нормальный”? - продолжала наступление мама. - Как ты предлагаешь мне…
И тут она замолкла и уставилась мне за спину. Я мигом ощутила что лечу, нелепо размахивая руками, в какую-то бездонную черную бездну. Если бы вручался приз “самый большой питерский лузер месяца”, то за этот вечер его, несомненно, отдали мне.
- Добрый вечер, - как и всегда после свидания с Энжи, Павел пребывал в отличном настроении. - Чудная погода сегодня, даже дождя не было…
Отправив зонт на установленную над вешалкой полку, он принялся стягивать с себя плащ. Маму мою он, видимо, просто за мной не увидел. Это было худшим из всего, что он мог сделать: даже если бы он завалился пьяный или обкуренный, но заметил ее с порога, было бы и то лучше, чем то, что ему предстояло пережить сейчас.
- Простите, мужчина, - протянула мама, надувшись от ярости, - вы вообще кто?
Он, наконец, нашел ее взглядом, и брови его недоуменно поползли вверх. Я тихо покашляла и разом ощутила, как меня с обеих сторон пронзили два взгляда:
- Познакомьтесь… Ваше… Павел Петрович, это моя мама…
Явно испытывая неловкость за допущенную оплошность, он шагнул к матери и чуть наклонил голову.
- Очень рад встрече, мадам.
- Ага, взаимно, - хмуро ответила она, смеривая Павла оценивающим взглядом. Сердце у меня замирало всякий раз, когда матушка останавливала взгляд на его лице: я некстати вспомнила, что в институте она защищала диплом по его военной реформе. Если она его узнает, последствия могут быть…
- Так вы и есть квартирант? - осведомилась она и с суровым видом протянула раскрытую ладонь. - Паспорт покажите.