Упавшее небо

— Из-за чертова “потолка” машины идут не выше ста метров над землей, а то и ниже. Птицы, провода ЛЭП, даже отдельные деревья на пути — и нет этой вашей дорогой игрушки, — судя по всему, это высказался пехотный ПВОшник. — Или вообще какой-то идиот с земли из ружья шмальнул — чай, не крылатая ракета.

— Вот потому без наземной разведки мы и не можем готовить полевой лагерь кое-как, — с нажимом заключил разведчик. — А группу я не могу отправить без подготовки: в помещениях люди особенно уязвимы для атак октов. Мои люди не будут пушечным мясом!

— Так отправьте туда вашего “эксперта”—супермечника, — фыркнул первый оппонент. — Судя по вашему отчету, капитан, он один там всех восьминогих, что сдуру внутрь заползли, и положит.

— Тащ капитан, Александр Жаров по вашему приказанию… — вклинился все это выслушивающий вместе со мной Патрушев.

— А вот и наш герой дня! — кажется, Ильин рассказал про меня что-то такое, что часть его коллег восприняла, мягко говоря, с недоверием. Кстати, а где Артём, где адъютант майора, где тот мужик, что меня бисёном обозвал? Надеюсь, просто слишком нужны на местах, и потому отсутствуют, а не валяются в госпитале… или того хуже, в братской могиле.

— Прежде, чем начнете задавать вопросы, я могу получить обломки своего клинка? — пользуясь, что меня не могут наказать за инсубординацию, теперь уже влез в диалог я. — Желательно — как можно скорее. Это действительно важно.

Семенову хватило лишь взгляда в сторону командира разведчиков, а тот в свою очередь выражением лица и парой интенсивных жестов отправил своего лейтенанта за искомым. Гримаса за авторством Вадима досталась уже мне: “что, нельзя было сразу сказать?!” Да-да, так бы ты и стал меня слушать, едва на руках не утащил в начальству.

— Эм, Александр Сергеевич, — убедившись, что его больше никто не перебьет, неожиданно вежливо обратился ко мне майор. Чувствовалось, что ему ужасно непривычно так обращаться к кому-либо, но старший офицер все же постарался. — Прежде всего хочу выразить глубочайшую благодарность за ваши храбрые и очень своевременные самоотверженные действия, спасшие жизни нескольких солдат и офицеров, а также значительного количества граждан. Капитан Ильин написал представление на государственную награду, а я утвердил.

— Служу России! — ну а что я еще мог на это ответить?

— Честно, не знаю, когда мы сможем получить ответ, потому что доступа к точке подключения защищенной оптоволоконной линии связи доступа больше нет. Национальный центр управления обороной выдал прогноз с вероятностью более девяносто процентов, что будет и третья волна вражеского десанта прямо на территорию нашей воинской части. Потому в генштабе было принято решение об оставлении места постоянной дислокации с последующим минированием… Короче говоря, мы, пока не сможем подключится к оптоволокну в другой точке, сами по себе и нам разрешено действовать по обстановке.